– Вижу! – быстро ответил я, чтобы он не заметил, что я совсем запутался с его листом. Но Ури ничего не заметил, он слишком сильно радовался, что тот (не знаю – кто) не сумел нас провести за нос и скрыть от нас что-то (не знаю – что).

– Тут была темница, куда Губертусы заточали своих врагов, а тут, совсем рядом, была их сокровищница, – говорил Ури и показывал пальцем сперва на один квадрат, а потом на другой. – Видишь, вот дверь, которая туда ведет, к ней мы с тобой не сумели подобрать ключ. А вот та дверь, которую мы открыли, чтобы спуститься сюда, в подвал.

Я не видел ни дверей, ни темницы, ни подвала. Там были только черточки и линии, но я все равно кивал головой, – наверно, все это там было, раз Ури говорил, что оно есть.

– Однако это вовсе не безнадежно, – Ури лег на живот и стал рассматривать какую-то точку на листе и захохотал. – Я так и думал!

– Смотри, Клаус, – позвал он меня, – вот сюда! Похоже, что если в цистерне есть лестница, то через нее можно пробраться в сокровищницу.

Его палец быстро заскользил от одной линии к другой и добежал до косых полосок. Не знаю, кто их нарисовал, но рисовал он даже хуже, чем я, такие эти полоски были кривые. Но Ури было все равно, кривые они или нет. Он лег на дорожку, сунул голову в дыру под крышей и стал светить туда сперва фонариком, а потом большим фонарем. Он светил так долго, что мне даже стало скучно, но тут он задрыгал ногами и пополз в дыру не только головой, но и плечами. Он так перевесился, что я начал бояться, как бы он не свалился вниз. Но он не свалился, а вылез обратно и объявил: «Так я и думал, там есть лестница!» – таким веселым голосом, будто уже нашел сокровищницу полную сокровищ. Я видел по телевизору, как три разбойника и одна красивая девушка нашли такую сокровищницу, и украли все сокровища, но по дороге рассорились и убили друг друга, так что никому ничего не досталось.

– Значит так, – Ури снял куртку и начал привязывать веревку к ржавой железной скобе, вбитой под крышей цистерны, – я сейчас полезу в цистерну, а ты будешь тут сидеть и охранять меня, как верный часовой.

Вокруг не было ни души, и я спросил Ури, от кого надо его охранять и зачем веревка.

– Веревка на всякий случай, – ответил он. – Я ведь не знаю, что там, внизу, так что ты за ней следи: если я дерну два раза, побеги вниз, позови фрау Инге. А охранять надо от всех, мало ли кого черт сюда может принести.

Это было так смешно, что мы оба громко засмеялись – даже самый умелый черт вроде Гейнца никого не смог бы принести сюда, на самый верх, разве что на крыльях. После того, как мы хорошо посмеялись, Ури обвязал другой конец веревки вокруг пояса, потом повесил себе на шею связку ключей и фонарь на кожаном ремешке. Потом надел новую шапку, в которую тоже был вделан фонарь, и полез в дыру, на этот раз на животе, ногами вперед.