Небо синими пятнами запрыгало слева и справа. Слепящая белизна снега, с темными провалами от ног предыдущих летунов поднималась и опускалась в такт шагам. Загудел, напрягся воздух, наполнившееся крыло потянуло вверх. Кромка, последний толчок ногами, и …. Захотелось петь, смеяться, плакать и жаловаться. Неправильность юркнула с края сознания в самый центр, и Миша в беспощадном голубом сиянии полета разглядел ее всю, до грубой штопки на застиранных носках. Зеркало в избе. Да, старое зеркало над комодом, в котором отражалась ситцевая занавеска. Когда бабка ходила взад и вперед, принося пакет, она не отражалась в зеркале!
Порыв ветра ударил в лицо, и дельтаплан задрал нос, словно стараясь опрокинуться на спину. Миша приналег изо всех сил на трапецию, удерживая непослушное крыло. Несколько секунд прошли в борьбе, он оттопырил ноги и дрыгал ими в воздухе, будто пытаясь зацепиться за землю. Дельтаплан успокоился, Миша взглянул вниз и ахнул. От земли его отделяло метров пятнадцать, он перелетел ложбину и несся прямо на холм. Осторожно, боясь фокусов со стороны крыла, Миша стал наклонять трапецию вправо, разворачивая дельтаплан. Тот повиновался, легко и послушно, точно объезженная лошадь. Вираж получился плавным, скорость начал падать. В этот момент с правой стороны раздался звон, слово лопнула струна на гитаре. Повернув голову, Миша увидел, что металлический тросик растяжки почти полностью разорвался, от него осталась только одна жилка, натянутая наподобие гитарной струны. Миша посмотрел налево. С левым тросиком было точно то же самое. Как такое могло произойти!? Он вдруг вспомнил вторую тень смущавшей его неправильности. Декабристы, сердце, предавшее короля, самое страшное преступление… Тросик со звоном лопнул, купол сложился, точно носовой платок. Миша успел подумать, что снег должен смягчить удар, и удар тут же наступил. Мир захлопнулся, точно бумажная коробочка, сердце полетело вверх, сжав горло, звуки, запахи, цвета юркнули в сторону, из расплющенной коробочки выплеснулась темнота и поглотила Мишу. Он барахтался в ней, пытаясь вдохнуть воздух передавленным ртом, как вдруг тьма рассеялась, и он очутился в своей каморке на чердаке. Теплая труба приятно согревала спину, на столе лежали пачка бумаги, карандаши, точилка, а на противоположной стенке, под узкой щелью, похожей на приемное отверстие почтового ящика, красовалось изображение драконьей головы.
От автора
От автора
Читатели часто спрашивают писателя, что он имел в виду, изображая ту или иную коллизию. Читателей много, и мнения у них самые разные. Одному хочется, чтобы в конце книги главный герой женился на главной героине, и родил в счастье и согласии двойню или тройню, а другой предпочел бы, чтобы герой героиню взял и укокошил. Идеальным решением было бы написание индивидуальной книги для каждого читателя, чтобы действие в ней развивалось по понятным и – главное! – приятным для него законам. Возможно, в недрах «Микрософта» уже разрабатывается некая универсальная программа, с помощью которой писатель сможет на основе одного сюжета создавать по личному заказу потребителей бесконечное число вариантов. Однако, пока этого не произошло, и разным читателям приходится листать одни и те же страницы, наиболее правильным необходимо признать позицию Ролана Барта.