Каждый раз, как официантка подходила спросить, не принести ли им еще колы, Ивонн стискивала своих детей в объятиях. Разве не должна была она раздражать Моргану, как обычно? Но нет, в тот день Моргана даже любила Ивонн. Даже К. А., казалось, почувствовал неладное: когда она проснулась рано утром, чтобы сходить в туалет, в его комнате еще горел свет. Разве не должно было это тревожить ее, в конце концов?

Нет, нет и нет. Все это ерунда. Вместо того чтобы огорчать, все это волновало ее, согревало и даже возбуждало.

Настало утро. Как просто она просекла фишку, подумала Моргана, глядя в теплую тьму над кроватью.

Конечно же, она не сказала К. А. про исчезновение его безмозглой подружки. Да и зачем? Вернувшись домой из парка, она позвонила отцу Нив, этому жирному старику, и сказала, что К. А. нет дома и что она перезвонит, как только что-нибудь выяснит. Ей придется соврать что-нибудь о том, где сейчас ее брат, но это совсем несложно.

«Ты просто фригидная сука», — сказал ей однажды отвергнутый мальчишка из колледжа, законченный нарцисс. Она восприняла это как комплимент.

Она села, натянув одеяло на плечи. Начало светать, и Моргана уже могла различать лимонно-зеленые полосы в небе над кустами роз. Она поняла, что ночью не ходила в лес; должно быть, теперь ее подсознание уже не властно над ней. Отлично. Это значит, что теперь она лучше владеет собой.

План созревал. Смутный, не обещающий быстрого успеха, но все-таки план. Итак, Никс — индуктор. Прекрасно. Индуктор ей потребуется. И Мотылек… она ему еще покажет. И не только за тот спектакль в парке, нет. Мальчишка должен заплатить за ту первую ночь в доме Ундины — он обещал ей поцелуй, а Моргана никогда не забывала об обещаниях.

Мотылька нужно соблазнить, Никса — использовать. У Блика она будет учиться, с Вив она будет бороться. Ундину она просто уничтожит. Ну а что случится с Нив, не очень-то важно. И больше никто не назовет ее фригидной сучкой.

Прошел час; она смотрела на то, как водянистые линии на цифровых часах складываются по-новому. Единственное, что было сейчас важно, — это звонок Никса. От Джейкоба ей уже приходило на сотовый несколько сообщений, но она не обратила на них внимания. Наконец телефон завибрировал. «УГЛ 1Й И ЭШСТРТ. СЕЙЧАС».

Она бросила телефон на кровать и быстро оделась в полутьме. Джинсы, бюстгальтер, темная футболка с длинным рукавом, анорак с капюшоном. Пригладила черные волосы, надела белую бейсболку. Поверх анорака она накинула тонкую черную спортивную жилетку, сунула в карман бумажник, цапнула сотовый и разровняла пуховое одеяло и простыни. Моргана д'Амичи всегда заправляет свою постель.