Кузнец кивнул.

– Истинная правда. Вот остался младенец, но он точно не жилец… Я – не женщина, чтобы кормить его грудью.

Корри извлекла из кармана несколько кумалов и протянула кузнецу.

– Вот возьми…

Тот замер на месте от удивления.

– Что я должен сделать?

– Отдай мне ребёнка.

Кузнец хмыкнул.

– Понятно… какая-нибудь госпожа родила мёртвого младенца и теперь боится своего мужа… – предположил он.

– Ты проницателен. – Сказала Корри.

– Да на что он тебе? Всё равно помрёт, уж больно слабым уродился…

– Ничего я владею травами и выхожу его. – Настаивала девочка.

– Хорошо… – кузнец протянул руку за кумалами. Корри для полноты картины достала из кармана кожаный мешочек с монетами и покрутила им перед носом кузнеца.

– Хочешь получить весь мешочек целиком? – она потрясла им, монетки призывно зазвенели. – Здесь, без малого, пятьдесят медных кумалов.

У кузнеца загорелись глаза: такую сумму ему надо зарабатывать в течение нескольких лет, да и то, если подфартит с хорошим заказом. На эти деньги он сможет: жениться второй раз, справить нормальную повозку и кузнечный инструмент, поменять прогнившую лошадиную упряжь… Да и вообще много чего…

– Ну? Что скажешь? – искушала кузнеца гостья, продолжая потрясать мешочком.

– Говори. Что ты хочешь? Ребёнка тебе я и так отдам. В нашем селении не найдётся ни одной женщины, которая согласилась бы выкормить моего сына.

– Всё очень просто: ты должен мне помочь.

Кузнец округлил глаза, почувствовав в словах девочки скрытую тайну.

– Помочь? Это можно… Если, конечно, не надо сражаться с гроганом или спускаться в царство Балора.