Он повернул ко мне донельзя непроницаемое лицо, даже глаза стали пустые. Будто смотришь на отлично сделанную куклу.

— Да, уверена. — Он улыбнулся и вздохнул. К его лицу, к его телу вернулась жизнь — за отсутствием лучшего слова. Будто ожил Пиноккио. — Ну вас к черту!

— Приятно знать, что я все же иногда могу вас вывести из себя, ma petite.

Я не ответила. Он точно знал, как на меня действует.

— Если Серефина равна вам, вы справитесь с ней, а я перестреляю остальных.

— Вы же знаете, что так просто не будет.

— А никогда не бывает.

Он смотрел на меня и улыбался.

— Вы действительно думаете, что она вас вызовет?

— Нет, но я хотел известить вас, что она имеет такую возможность.

— Что еще мне нужно знать?

Он улыбнулся, чуть показав клыки. При свете он выглядел потрясающе. Кожа бледная, но не слишком. Я взяла его за руку:

— Вы теплый.

Он глянул на меня:

— Да, ma petite, и что из этого?

— Вы спали целый день. Вам полагалось бы быть холодным, пока вы не напитаетесь.

Он только поглядел бездонными глазами.