— Мы вступаем в песчаный мир Сокар.

Я не мог поверить, что время прошло так быстро — восприятие искажал наркотик. И в этот миг над водой разнесся звук моторной лодки.

— Быстрее! — Амелия схватила меня за руку и помогла вылезти из фелюги. Плохо слушавшиеся ноги коснулись покрытых солью камней и спутанной травы. Единственным освещением служила луна и отблеск крыльев скарабеев, носившихся зигзагообразной пурпурно-черной змеей над притихшей в ожидании пустыней.

Амелия заставила меня пригнуться, и, спрятавшись за кустом, мы смотрели, как к нам по озеру приближается силуэт моторной лодки. Мне казалось, что стрекот ее двигателя и есть зарождавшийся во мне страх. Он поднимался из глубины, откуда-то от основания позвоночника, и грозил в любую минуту разразиться настоящей паникой.

Катер причалил к берегу, и мне стали видны лица двух мужчин, сидевших у рукоятки мотора. Один был араб, другой — европеец. Кто они: Мосри и Уоллингтон? Я не мог разглядеть их черты.

— Ждите здесь, — прошептала Амелия. И, пригибаясь, с фонарем в руке, стала перебегать от куста к кусту навстречу лодке. Хрустнула веточка, и один из мужчин повернул голову на звук. У меня от страха похолодело в животе. Амелия сложила у губ ладони и, похоже подражая, крикнула болотной птицей. На моих глазах немолодая женщина превратилась в партизанку — опыт сражений в этих местах не пропал для нее даром. Незнакомец опустил глаза и, намереваясь вытянуть лодку на сушу, выбрался на покрытый соляной коростой берег.

Амелия находилась между нами. Я заметил, как она поднесла зажигалку к фитилю фонаря. В следующую секунду вспыхнул огонек. Беззвучно и точно она швырнула фонарь в лодку. Стекло разбилось о дерево, разлившееся масло вспыхнуло, и пламя быстро охватило суденышко. В зареве огня я узнал Хью Уоллингтона.

Мужчины с криками бросились в озеро, а Амелия побежала ко мне. Взорвался топливный бак, и на нас обрушился дождь деревянных обломков.

— Скорее! — приказала мне спутница.

47

47

Мы неслись в глубь суши через густой, царапавший кожу кустарник. Амелия увлекала меня вперед, а над нашими головами свистели пули. Несколько минут пришлось сражаться с густой листвой, затем перед нами открылась дорога. Амелия указала наверх. Там, на фоне ночного неба, поблескивала вереница летящих скарабеев. Следуя за жуками и прижимаясь к камням, чтобы оставаться незамеченными, мы поднимались все выше, пока не оказались на залитом лунным светом плато, окруженном величественными скалами, которые показались мне шахматными фигурами, забытыми беспечными великанами. Скарабеи еще покружили над нами мгновение и исчезли в ночном небе.