Бен улыбнулся.

— Это лишь фасад. Под грубой внешностью я — Полианна[32].

Билл уставился в окно.

— И все же у «Хранилища» много сторонников. Оно действительно создало в Джунипере новые рабочие места.

— Но не меньше рабочих мест было закрыто.

По улице промчалась машина, видавший виды старенький красный «Форд»-пикап, набитый подростками. Визжа тормозами, пикап завернул за угол.

— Долой «Хранилище»! — крикнул один из парней, вскидывая руку с поднятым средним пальцем.

Улыбнувшись, Билл повернулся к Бену.

— Возможно, ты прав, — сказал он.

Билл должен был закончить составление документации еще на прошлой неделе, но всё тянул. Обыкновенно он предпочитал завершать работу досрочно, однако на этот раз собирался дотянуть до крайнего срока.

У него не было ни малейшего желания помогать «Хранилищу».

Закрыв глаза, Билл откинулся назад. У него раскалывалась голова. Он не мог определить, то ли он заболевает, то ли это просто стресс, однако в течение последнего часа он думал не столько о работе, сколько о головной боли.

На улице темнело. Сосны за окном уже давно слились в одну сплошную зазубренную стену, и по мере того, как угасал окружающий свет, текст на экране компьютера становился все более ярким. С кухни доносилось, как Джинни громыхает кастрюлями, и на это накладывались звуки вечернего выпуска новостей из телевизора в гостиной.

Сохранив на дискете результаты сегодняшней работы, Билл уже собирался выключить компьютер, как вдруг зазвонил телефон. Резкий звук усилил головную боль, и он закрыл глаза, спасаясь от шума, надеясь, что Джинни снимет трубку, моля бога о том, чтобы звонили не ему.

— Билл! — через мгновение окликнула его жена.

Проклятие. Он снял трубку с аппарата на компьютерном столе.

— Алло?

— Это я, — сказал Бен.

— Да?

— Мэр и члены городского совета. Они мертвы, — сказал Бен. — Все пятеро. — Последовала пауза, и Билл услышал, как его друг шумно вздохнул. — Ничего подобного мне еще не приходилось видеть.