— Успокойся. Ты где? Что случилось? Они убиты?

— Покончили с собой. Я говорю по сотовому телефону, и сейчас я вижу их перед собой. Ты должен сюда приехать. И увидеть все своими глазами.

— Где ты находишься? — спросил Билл, со страхом подумав, что ответ ему известен.

— На стоянке перед «Хранилищем», — сказал Бен. — Поторопись, только что подъехала «Скорая помощь».

Билл не хотел ехать. Точнее, какая-то его часть не хотела ехать. Но другая часть хотела увидеть случившееся, и он, схватив в спальне бумажник и ключи, бросил на ходу Джинни, что уезжает и вернется где-нибудь через полчаса.

— Ты куда? — спросила та. — Пора садиться за стол.

Ничего не ответив, Билл выбежал на улицу, вскочил в джип и рванул с места. Через пять минут он уже подъезжал к «Хранилищу» и мчался по стоянке к мигающим синим и красным огням полицейских машин. Его остановил полицейский, натягивавший желтую ленту ограждения.

Остановившись, Билл выпрыгнул из машины. Его едва не остановил тот же самый полицейский, но тут к нему на помощь подоспел Бен.

— Это мой корреспондент! — закричал редактор газеты. — Он со мной!

Кивнув, полицейский махнул рукой, и Билл поспешил следом за своим другом между полицейскими и санитарными машинами.

К тому месту, где лежал городской совет.

Он сам не смог бы сказать, что ожидал увидеть, — но определенно только не это. Не было ни крови, ни пистолетов, ни вообще какого-либо оружия, а только обнаженные тела мэра и остальных членов городского совета, лежащие навзничь на асфальте. Они лежали кру́гом, взявшись за руки. В раскрытых глазах, устремивших невидящий взгляд вверх, отражались огни фонарей стоянки.

Впервые за долгое время Билл вспомнил оленя, животных, туриста.

Он посмотрел на Бена.

— Самоубийство?

Редактор газеты пожал плечами.

— А что это еще может быть? Полагаю, таблетки. Яд. Однако точно можно будет сказать только после вскрытия.

— Не думаю, что это были таблетки, — покачал головой Билл. — Не думаю, что это был яд.

— А что еще это могло быть?