Светка умолкла. Она попыталась заново оценить их положение.

«Всё плохо. Очень плохо! А самое страшное, что по-прежнему нет выхода, кроме как по собственной воле отдаться в лапы кровожадного монстра!»

— Хорошо, — кивнула девочка и ещё крепче обняла брата. — Побежим вместе. Только если что: чур, не останавливаться!

— Если — что? — Юрка шмыгнул носом, принялся тереть заплаканные глаза.

Светка вздохнула, с трудом выдавила из себя:

— Один из нас должен обязательно добежать, — она говорила медленно, так чтобы Юрке было легче уяснить суть: — За нами гонится зверь. И зверь этот живой — у него есть чувства, а значит и страхи!

Юрка хотел было что-то вставить, но Светка только положила указательный палец на липкие губы брата и продолжила внушать:

— Не перебивай, а то я сейчас что-нибудь не то скажу. Да, это может показаться страшным, но это единственное, что нам остаётся.

— Но…

— Юрка, молчи! Пусть он даже этот, твой, СПИНОГРЫЗ. Пусть он хоть совсем НЕЧТО или НИЧТО — без разницы! Земной или внеземной — всё равно, в первую очередь, он зверь! Обыкновенный кровожадный зверь! — Светка перевела дух и перешла к более конкретному: — Если он поймает одного из нас, то, максимум, просто повалит…

— Как Волчок? — Юрка нервно затрясся.

Светка встряхнула брата, стараясь, чтобы тот по-прежнему воспринимал её слова.

— Да, как Волчок. Повалит и обязательно бросится за тем, кто будет продолжать бежать. Понимаешь?.. Он будет постоянно разрываться между нами! Но для этого нужно действовать организованно, двигаться на некотором расстоянии друг от друга. И ещё… Самое сложное, а может быть и страшное: не нужно бежать на помощь, если вдруг увидишь, что он догнал меня и пытается повалить, — Светка сама испугалась собственного тона и машинально отпустила замершего брата. — Ты всё понял?

Юрка не шевелился. Потом спросил:

— А если ОН меня первым догонит?

— Я тебя не брошу.

— Но ведь ты же сказала…

— Юрка! Ты всё слышал. Так надо! Прости.

— Понял, — малыш утвердительно кивнул. — А дальше что?

— Дальше?.. — Светка опасалась именно этого вопроса, потому что элементарно не знала, что будет дальше, как не знала и того, чего ей будет стоить отпустить от себя брата, и что именно она почувствует, если на того и впрямь нападут раньше неё.