– 

А тебе не приснилось? – продолжала допытываться Амира.

– 

Как видишь! – Убыр рассмеялся, и Амире от его смеха стало страшно. Неужели она и впрямь станет помогать убийцам своей матери?!

– 

Да и зачем тебе это? – самоуверенно продолжал он. – Связав свою судьбу со мной, та станешь властительницей всего мира! На Земле нет ничего, чего бы я не смог положить у твоих ног. Вступив же в то ничтожное братство, ты станешь его рядовой монахиней, – глупо рассчитывать, что тебя сразу же примут как королеву! – обречённой, возможно, всю жизнь гоняться за моими рабами и даже постели не знать роскошнее, чем застеленная рогожей лавка.

Довольно посмотрев на Амиру, Убыр погладил себя по макушке ладонью. По выражению его лица было понятно, что он ничуть не сомневался ни в себе, ни в своей гостье.

– 

Когда же ты полностью свяжешь себя со мной, – тут голос Убыра снова стал величественным, – ты станешь ещё сильнее, потому что я подарю тебе это.

С этими словами в руках у него непонятно откуда, – Амира была готова поклясться, что Повелитель подземелья в те мгновенья ниоткуда её не доставал! – появилась свисавшая на тонкой золотой цепочке, изящно выполненная неизвестным ювелиром крупная, прозрачная бриллиантовая слеза.

– 

Этот магический кулон я пронёс через столетия специально для той, кому начертано судьбой стать мне верной подругой. Стало быть, для тебя. Сила его в том, что за века, проведённые у меня на шее, он впитал в себя часть моего могущества, и когда он окажется на тебе, никто во всём мире не сможет ни морока на тебя навести, ни мысли твоих прочитать. Кроме того, как только ты его наденешь, ты овладеешь и множеством других, не меньшей силы, способностей, потому что тебе в тот же миг подчинится вся сила этого камня, а она немалая. Наденешь же ты его тогда, когда станешь моей на все, как говорят ныне кровавые, сто.

– 

А пока его у меня нет, что-нибудь сможет мне помешать? – спросила Амира, внимательно, хоть и всё ещё очень его боясь, посмотрев на своего жуткого собеседника.