Я же тебе говорил, что всё, что мне нужно знать, я вижу во снах, – грустно усмехнулся в ответ Убыр. – Я как раз перед твоим приходом немного вздремнул…

– 

Мне и вправду жаль, что так получилось, – тут же, словно спохватившись, что говорит совсем не о том, о чём в те мгновения стоило сказать, резко изменил он направление своих слов. – Кто бы мог подумать, что этот олух прицепится именно к тебе! Мне ещё повезло, что он не убил тебя!

– 

А почему же ты не позаботился об этом, когда тебе приснилось, что я родилась?! – в голосе Амиры отчётливо послышалась злость. – Почему тебе было не запретить тогда твоим, как ты выражаешься, олухам даже приближаться ко мне и моим родственникам?!

– 

До последнего времени в снах своих я не видел, как тебя можно найти. Я только знал, что ты родилась, и был уверен, что если тебе написано на роду стать моей спутницей, с тобой ничего не случится.

Внезапно их разговор был прерван какими-то, раздавшимися у стены подземелья, как раз в том самом месте, где из неё не так давно в грот вышли Амира со Степаном, звуками. Моментально обернувшись, и Убыр, и его невольная гостья в тот же миг увидели там какого-то субъекта в очень потрёпанной одежде, шорох лохмотьев и шумное сопение которого и привлекли только что их внимание.

– 

Сафад?! – в голосе Убыра послышалось удивление, к которому сразу же оказалось примешано ещё и какое-то, непонятное Амире, торжество.

– 

Повелитель! – в ту же секунду изогнулся в глубочайшем поклоне вошедший.

–