Едва заметно пошевелив пальцами державшей грозную огненную плеть руки, почти так же, как и тогда, когда девушка велела раскалённому хлысту оказаться у неё в ладони, Амира приказала своему новому оружию исчезнуть. Ещё раз осмотревшись по сторонам, она уверенно шагнула к тому месту в стене, из которого совсем недавно, придя в подземелье Убыра со Степаном, там и появилась.

19. В УШИЦЕ

Когда самый первый идущий до до Ушицы автобус домчал, наконец, Руслана и Ольгу до деревенской остановки, утро было в самом разгаре. На траве весело поблёскивали, не успев ещё испариться, капельки утренней росы, то там, то здесь, отчаянно горланили петухи, на деревьях же вразнобой, словно пытаясь их перекричать, громко шумели, чирикая, большие стаи воробьёв. Брехали собаки, словно восхваляя разгонявшие утреннюю свежесть солнечные лучи, в которых им самим было здорово нежиться. Откуда-то с противоположного края деревни доносилось мычание уже выгнанных на выпас коров, среди которого то и дело задорно вклинивалось весёлое щёлканье кнута направлявшего движение бурёнок пастуха.

От самой остановки сразу направившиеся к уже ставшему за годы родным дому бабушки Зои Руслан и Ольга шли, совершенно не разговаривая. Да и как можно было разговаривать, если Руслан всё ещё не снял с Ольги наложенного им ещё ночью, когда в полночь перестали действовать чары Степана, морока, благодаря которому его сестра всё это время была такой покладистой?! То и дело искоса на неё поглядывая, Руслан, конечно, хотел перестать её морочить, однако, вместе с тем, боялся, что она снова начнёт «ерундить», и последнее удерживало его от того, чтобы снять с сестры морок.

Сзади брата и сестры, также не говоря друг другу ни слова, семенили две, тоже только что вышедшие из автобуса, незнакомые старушки. Руслан не обращал на них абсолютно никакого внимания. Ему было не до того, чтобы замечать незнакомых людей. Впрочем, очень скоро бабульки поотстали от них с Ольгой настолько, что стало и немудрено их не замечать.

Пёс бабы Зои встретил путников звонким и задорным лаем, от которого все другие звуки вокруг вмиг стали почти не слышны, когда Рус с Ольгой ещё и не успели-то толком дойти до бабулиных ворот. Вначале его гавканье было сердитым и настороженным, но совсем скоро Стожок, – у пса была такая интересная кличка, – их учуял и залаял совсем по-другому. Так, что по его гавканью хозяйка могла теперь запросто понять, – пришёл кто-то из своих. А если учесть ещё и то, кого уже почти что сутки в этом доме ждали, то станет вполне понятно, отчего баба Зоя так быстро оказалась у калитки, тут же её отворяя и выглядывая на улицу.