– Они же не знали. Они не видят разницы между рыбой и людьми.
– Они ужасные.
– Ну да, – сказал я. – Согласен. Хочешь лаймада[73]?
Дэнни подбросил в воздух что-то темное и металлическое и тут же поймал.
– Что это? – спросил я, открывая бутылку с напитком и наливая в стакан.
– Ключи, – ответил он. – Я нашел их на пляже. Им лет сто, наверное.
– Они все ржавые. И обросли ракушками.
Он протянул мне небольшую связку ключей на кольце. Я положил их на ладонь и стал изучать. Он был прав. Им было как минимум сто лет. Под воздействием морской воды стальные ключи превратились в тонкие ржавые зубцы, а латунные почернели от соли и покрылись крошечными ракушками.
Само кольцо для ключей представляло собой металлический диск с каким-то треугольным символом. Вокруг треугольника виднелись следы голубой эмали. Ниже я разобрал изъеденные буквы «Ре…о».
– Думаешь, они стоят много денег? – спросил Дэнни. – Это же могут быть ключи пиратов, верно?
Я медленно покачал головой:
– Нет… Это не пиратские ключи. Это ключи от машины.
– Но они такие старые на вид.
– Да, они старые. Но посмотри, что написано под значком. Ре – что-то там – о. Рено. Это ключи от машины преподобного Пикеринга. Сегодня утром он пытался их найти.
– Как они могут быть такими старыми, если он потерял их только сегодня утром? – нахмурился Дэнни.
Я сел, снова и снова перебирая ключи Пикеринга. Дэнни наблюдал за мной в недоумении. Эти ключи ярко демонстрировали ошеломляющий парадокс Фортифут-хауса. Здесь можно было изменить и прошлое, и будущее. Можно было убедиться, что события произошли в прошлом, несмотря на то, что они никогда не происходили. И, что самое жуткое, можно было убедиться, что события