– Тебе незачем бежать, – тихо сказала Неверфелл.

– В смысле? – моргнул Эрствиль.

– Выдай меня Следствию, если я ничего не придумаю, – нерешительно предложила она. – По крайней мере получишь награду, и остальные чернорабочие не будут держать на тебя зла за то, что ты привел меня сюда.

– А ну замолчи! – Эрствиль поднял руки к лицу и пальцами оттянул кожу, как учила Неверфелл, чтобы показать ей, как сильно он злится. – И почему тебя всегда так и тянет прыгнуть в ближайшую пропасть?

– Ты прав. – Неверфелл обхватила голову руками. – Ты абсолютно прав. Прости меня, Эрствиль. Я сейчас не могу нормально думать.

– Только сейчас? – едва слышно буркнул он.

Два слова, произнесенных саркастичным тоном, неожиданно остановили бурление у Неверфелл в голове. Она уже не пыталась уследить за паровозом своих мыслей и, махнув рукой, позволила ему улететь в темный бездонный каньон. На миг она даже перестала дышать.

«Я не могу нормально думать. А так ли оно мне нужно? Все вокруг думают нормально. И никто не ждет, что я буду думать наискосок. Хотя именно так я всегда и поступаю».

– Эрствиль, – сказала она, цепляясь за хвост проносящейся кометой мысли, – ты должен надеть мою маску.

– Твою маску?

– И платье.

– Что?! Ну уж нет!

– Пожалуйста, прекрати! Ты думаешь, я не заметила, как ради меня ты рискуешь жизнью направо, и налево, и вверх, и вниз? Так почему тебя так пугает просьба надеть платье? Всего на пару часов! Чтобы рабочие, которые за мной следят, не заметили, что я сбежала.

– Сбежала? А куда ты собралась?

– Мне нужно сделать кое-что без посторонних глаз. У меня пока нет плана, но вроде бы есть план, в результате которого план может появиться! Только я не могу сейчас его обдумывать, иначе он не сработает. Пожалуйста, доверься мне.

Пальцы Эрствиля дернулись, как будто он собирался снова натянуть злое Лицо.

– Надеюсь, мне не придется присматривать за детьми, – проворчал он наконец.

Обмотав голову старой шалью, Неверфелл выскользнула из яслей. Растрепанные волосы падали на лицо, руки и босые ноги были покрыты толстым слоем грязи. Если повезет, ее примут за местную девчонку, забежавшую в ясли проведать младшего брата или сестру. Неверфелл оставалось лишь надеяться, что Эрствиль, расхаживающий между кроватками в ее платье и маске, усыпит бдительность наблюдателей.

Она бродила по улицам, напряженно прислушиваясь, не прозвучит ли где заветное слово. И вскоре ее терпение было вознаграждено.