– Вроде живой. Повезло мне.

– Ловко ты с ним, – похвалил его Ершов. – Как еще свои омоновские приемчики не забыл за столько лет?

– Опыт не пропьешь, – без эмоций ответил Маврин, продолжая рассматривать порезы на своем теле.

В этот момент безликий зомби издал громкий стон и неспешно начал подниматься на ноги. Васильев этому оживлению нисколько не удивился, поскольку он уже однажды убедился в затопленном подвале, что огнестрел эту тварь не берет.

Поднявшись во весь рост, безликий тихо и надменно засмеялся, дергая остатками висящей челюсти. Все вновь нацелили на монстра оружие.

– Ну че, выблядки? – насмешливо спросил Коготь. – Повеселимся? Кто тут самый смелый?

Все стояли и, нацелив оружие, молча наблюдали за безликим.

– Не тратьте патроны, я его остановлю, – внезапно тихо сказал остальным отец Матвей.

– Майор! – Коготь показал пальцем на Васильева. – Тебя, мусора поганого, я уже давно тут жду. Давай, иди сюда!

Отец Матвей вытянул свободную руку к безликому и принялся громко и монотонно читать очередную молитву:

– Боже всевышний, останови духа одержимого. Направь свой гнев праведный на пособника сатаны и силу ада…

– Эй, батюшка! – насмешливо обратился к нему безликий. – Ты че там бормочешь? Церковь в другой стороне. Хахаха…

Отец Матвей без остановки читал молитву, не опуская руки. Остальные стояли и, вытянув оружие, без единого движения наблюдали за безликим.

– Ну? – в этот момент безликий, расставив руки в стороны, пошел вперед прямо на них. – Раз сами сюда пришли – готовьтесь сдохнуть!

– Обрати в прах слугу преисподней. Аминь, – закончил молитву отец Матвей, а затем резко выставил вперед свой факел.

На безликого тут же выплеснулась длинная огненная струя, будто выпущенная из огнемета.

Факел отца Матвея изрыгал огненный залп точно и непрерывно. Всё тело безликого моментом охватило яркое пламя, а сам он начал истерично дергаться и кричать от боли своим страшным голосом.

Когда пламя факела за секунду вновь стало маленьким, отец Матвей опустил руку и продолжил невозмутимо наблюдать за мучающимся и кричащим монстром. Васильев, Маврин и Ершов смотрели на это действие удивленным взглядом и потихоньку начали опускать оружие.

Крик безликого оборвался, когда его тело под воздействием магического огня всего за несколько секунд превратилось в пепел. Не осталось ни костей, ни одежды – злобный дух Ховринки обернулся прахом на глазах у всех. Выглядело это впечатляюще, и когда безликий монстр был целиком сожжен, а в туннеле вновь воцарилась тишина, все еще секунд десять стояли и молча хлопали широко открытыми глазами.