По ту сторону находился коридор, стены которого частично обвалились. И на местах, где зияли дыры, выпячивали наружу гигантских размеров мышцы, покрытые кровеносными сосудами, что имели толщину больше человеческой руки. Поезд, а вернее его оболочка, «нашитая» на пожирателя миров, постепенно разваливалась, освобождая тело этой гигантской твари, чья пробудившаяся душа медленно возвращала себе контроль над утерянным телом.

Лин последовал вперёд, ничего не говоря, что не похоже на него, ведь он обычно слишком разговорчив и оптимистичен. Эрик не понимал такого тотального изменения в поведении скелета. Ведь Краус вёл себя бесстрашно и весело даже в самые напряжённые моменты, а если и затихал, то всё равно что-нибудь говорил. Но сейчас он упорно молчал, почти не оборачивался, хотя сама ситуация конкретно сейчас была спокойной, не смотря на общий хаос сверху, в самих вагонах. Лин, обычно безумный в своём неугомонном оптимизме, сейчас словно умер. На его костях едва заметно виднелась какая-то плёнка, слабо мерцающая тем же алым светом, что и розы на рукаве. Но сами цветы, по крайней мере, светились ярко.

— Эрик, — послышался голос за спиной парня, и на его плечо легла костлявая рука, покрытая полупрозрачной фиолетовой оболочкой.

От такой неожиданности он, сам от себя не ожидая, с размаха полоснул по воздуху косой, чуть не попав по Готинейре, которая вовремя успела отскочить.

— Эрик, ты что творишь?! — от удивления и испуга выкрикнула глаза.

— Я. Не знаю. Опять всякое мерещится.

Когда они преодолели половину коридора, то услышали, как позади в закрывшуюся дверь кто-то принялся стучать, причём количество стуков увеличивалось с каждой секундой.

Стоило Эрику, Готи и Лину дойти до следующей двери, как она открылась без всякого вмешательства. За ней оказался очередной зал, выглядящий как предыдущий, вот только тел здесь было значительно больше, как и огромных, размером с кабана, насекомых. Они все ползали, занимаясь своими делами, утаскивая трупы в норы. А в конце зала виднелась дыра в обрушившейся части потолка. И когда Эрик, Готинейра и Лин, обходя жуков и разлагающиеся останки, шли дальше, то насекомые заметно сконцентрировали на них своё внимание.

— Ох и не нравится мне это, — Эрик держал оружие наготове.

И не зря, потому что на девушку, плетущуюся позади, наскочило одно из этих существ. Парень, быстро среагировав, со всей силы двинул жуку по панцирю, пробив хитин остриём лезвия, заставив тварь бежать с противным писком. Другие его сородичи, побросав свои дела, начали хоть и медленно, но уверенно подходить к чужаках, окружая их со всех сторон.