***

Подвернув панталоны, Фалькон и Квентин загрузили в лодку буйки, бухты веревки, свинцовые грузила. Мелкая рябь на поверхности гленна рассеивала солнечные лучи на тысячи слепящих глаза отблесков.

Перед тем как сесть на весла, Фалькон сбросил свитер и рубашку, посоветовав Квентину последовать его примеру. Высоко поднявшееся солнце обжигало голые плечи.

Квентин спросил:

— Вы хотите, чтобы мы вернулись в город загоревшими?

— Дело не в этом. Наша лодчонка не очень устойчиво держится на воде. Если мы перевернемся, то нам лучше заранее избавиться от лишней одежды.

— Тогда нам нужно было надеть костюмы для купанья!

— У этих костюмов нет карманов. Между прочим, не оставляйте свой свитер на берегу — вечером станет гораздо прохладнее, и в это время года легко можно простудиться.

Отплыв от берега на пару десятков метров, они остановились. Фалькон привязал к веревке свинцовый груз и передал ее конец Квентину.

— Отпускайте веревку медленно; если она быстро заскользит в ваших руках, вы можете обжечь ладони.

Груз ушел под воду, веревка начала медленно разматываться. Квентин принялся считать узлы, завязанные на веревке через каждые десять метров. Когда он стравил метров пятьдесят, Фалькон забеспокоился:

— Мы не можем спуститься на такую глубину с нашим снаряжением… Квентин, вы уверены, что груз давно не оказался на дне? Проверьте натяжение троса!

Вместо ответа юноша встал, подняв над головой веревку, натянутую, словно струна. После этого веревка продолжала разматываться, пока груз не лег на дно на глубине в сто двадцать метров.

Фалькон помрачнел.

— Берега гленна уходят на глубину почти вертикально — это настоящий колодец. И это очень плохо для нас!

— Вот видите, доктор, я был прав, когда говорил, что нам стоило обзавестись автономными скафандрами!

— Нужно продолжить замеры глубин. Не может быть, чтобы везде дно находилось на такой глубине! Иначе нам придется все бросить и возвращаться домой!

— Доктор, не теряйте надежды! Если мы ничего не найдем, я разожгу костер, чтобы привлечь какого-нибудь рыбака, мы отправимся в Глазго, и на деньги, полученные за амбру, мы приобретем самое современное, самое совершенное снаряжение.

Фалькон попытался улыбнуться, но его улыбка оказалась весьма кислой. Он понимал, что Квентин просто заставляет себя шутить.

Они продолжали замерять глубину весь день. Повсюду глубина колебалась от ста до ста двадцати метров, а в центре гленна их лот вообще не смог достичь дна, так как у них кончилась веревка.