Краешек багрового солнца уже появился из-за дальнего леса на четверть. День начинался отстойно, в душе царила тоска. За прошедшие пару часов уже во второй раз кому-то была необходима моя помощь, только я проходил мимо.

— А если издали спросить, что случилось, мы не попадём в дерьмо?

— Вряд ли, — обрадовался Панкратов. — Если что, мигом убежим, если заметим опасность.

Мы развернулись и направились обратно. Я оставил Панкратова на стрёме и, вручив ему этюдник, осторожно приблизился к сидевшей у стены личности. Черты её лица скрывала глубокая тень, отбрасываемая углом дома.

— Что такое? Вам не хорошо?

Несколько шагов, словно по минному полю… Тело напряглось, мне показалось, что незнакомка сейчас ринется на меня, вцепится и уволокёт в тёмный дом.

— Развяжи её, — произнёс знакомый тембр.

Это что, та самая девка, которую колотили в нашем дворе? Я забыл об осторожности и подошёл ближе.

Она еле подняла глаза:

— Помоги мне, пока есть время.

Солнце начинало возвышаться выше, и на мятой траве я увидел кровавые капли. Похоже, незнакомка была серьёзно ранена.

При виде крови мне стало дурно — почувствовал слабость, а перед глазами потемнело.

Стараясь держать себя под контролем, я пробормотал:

— Не волнуйтесь. Мы поймаем тачку и отвезём вас в больницу.

— Я не сдохну от ран. Я умру от солнца. Я — вампирша.

— Вампирша?! — Любознательный Панкратов уже возник за мной. — Шутите, да?

Я хотел объяснить Тимофею, что в таком положении люди не шутят и, скорее всего, у девки от потери крови пошли глюки, но опоздал.

Она снова заговорила:

— Через пару минут солнце взойдёт настолько высоко, что лучи его достигнут меня.

Со стороны нас никакой реакции не было. В том, что перед нами была настоящая вампирша, невозможно было поверить.