Когда про-папа опустил ее на пол, она покачнулась и села на стул.

— Ты забрал из мира всех людей, — сказала она обвиняюще. — Почему?

Про-папа вздохнул и сел за стол напротив.

— Потому, что я был разочарован, — сказал он. — Я вернулся. Думал — ты меня по-прежнему любишь, и мы будем счастливы, все вместе. А ты…

Его ракушки грустно уставились в стол.

— Это все не настоящее, — упрямо сказала Марешка. — И ты не настоящий.

— Ну вот, опять заладила, — про-папа пожал плечами. — «Что есть реальность? Как ее определить? Если говорить о том, что ты можешь почувствовать, понюхать, попробовать на вкус и увидеть, то «настоящая реальность» — это просто интерпретация твоим мозгом электрических импульсов». Узнала, откуда это?

— Нет, — сказала Марешка. — Отдай мне настоящий мир.

— Этот мир — настоящий. Может стать настоящим, — поправился про-папа. — В нем буду я. И мама будет смеяться. Если ты поверишь и останешься с нами, этот мир станет реальностью. Он будет расти и набирать силу. Мы будем ходить на море. Жарить шашлыки на пляже. Читать книжки. Ловить бабочек и украшать ими стены. Потом мы создадим в этом мире другие города и поедем в них путешествовать. Если мы поверим в Австралию — в мире будет Австралия. Большой барьерный риф, а, дочка?

Марешке очень хотелось сказать «да». Но она упрямо помотала головой. Про-папа встал и прошелся по комнате. Постоял у окна.

— Хорошо, — сказал он наконец. — Мы с тобой сыграем. Если ты выиграешь — можешь возвращаться в свой мир, он будет точно таким же, как ты его оставила, ничуть не лучше.

— А если я проиграю? — спросила Марешка.

— Мы пойдем на пляж и подберем тебе пару красивых ракушек, — ответил про-папа и улыбнулся, показав острые зубы. Он протянул через стол руку. Марешка чуть подумала и пожала ее. Рука была холодная, влажная и рыхлая, как что-то, что много лет пробыло в воде.

— А как мы будем играть? — запоздало спросила она.

— Ты должна сложить мою головоломку, — сказал про-папа. — До заката.

Марешка побежала к кровати, достала из-под нее свою полосатую сумку и нашла в кармашке папину головоломку. Она была сварена из трех колец толстой стальной проволоки, которые пересекались замысловатым образом и образовывали лабиринт. В начале лабиринта раньше были три бусины — золотая, серебряная и медная, их нужно было провести через проволочные хитросплетения в петельку на конце. Сейчас бусин не было, лабиринт был пуст.

Марешка подняла недоумевающий взгляд на про-папу, который по-прежнему сидел за столом и улыбался.

— Ах, да, — сказал он. — Я буду жульничать.