— Сейчас я сделаю кое-что, и это может вызвать у вас негативную реакцию.

Следователь достал иглу и поднёс к пятнышку.

— Знаете, как Овидий называл женские лопатки? Palomas Veneris. То есть, Голуби Венеры.

Харп уколол иглой в центр пятнышка.

Кристина ойкнула, рефлексивно отшатнулась.

— Простите, — виновато сказал Харп. — Ведьмина отметина нечувствительна. Это же простое родимое пятно. Вы можете одеваться.

— Красиво, — сказала Кристина. — Голуби Венеры — красивое название.

— Я тоже так думаю.

Ночевать Харп остался в школе, в кабинете Кларка. Он сгорбился над старыми книгами, а за конами кружил снег, и ухали совы.

«Готовясь к шабашу, ведьмы надевали платья, похожие на свадебные, и ожидали прихода дьявола, выступающего в роли жениха. Леди-ведьма, имеющая титул Бригиды, адской невесты, отдавалась дьяволу под ликующие крики своих сестёр».

Приглушённый визг отвлёк от жёлтых страниц. Он метнулся в коридор. Несколькими прыжками преодолел лестницу. В вестибюле заспанный караульный хлопал ресницами. Женщины сидели на кроватях, обхватив подушки.

— Кто кричал?

— Я, — дрожащим голосом сказала Мелроуз. — Только что здесь был какой-то человек. Я закричала, и он убежал.

В школе царил мрак, тишину нарушал гул ветра снаружи. Дон, караульный, пошёл осмотреть правое крыло здания, Харп пробирался по левому. Светильник расталкивал темноту, тень следователя ползла по полу.

Человек выскочил наперерез, попытался проскользнуть мимо, но Харп вцепился в сюртук и толкнул названного визитёра к стене. Свет озарил бледное скуластое лицо Робина Фаулера.

— Я испугался ветра, — тараторил парень. — Забежал в школу переждать.

Сюртук Фаулера топорщился. Харп ощупал его и извлёк из-за пазухи соломенную куклу.

— Это просто игрушка!

— За такие игрушки ведьм сжигают на кострах. Может быть, ты и есть ведьма, Робин?

Харп угрожающе приблизил куклу к физиономии юноши. Фаулер молчал, стиснув зубы.