Норман подумал, что, так или иначе, он все-таки испачкает свои штаны.
Он обошел дом сзади. Ставни свисали с петель. Песчаные бури давно содрали краску с деревянных стен. Они даже начали лепить оконные и дверные рамы причудливой формы. Но все стекла в окнах были на месте.
Возможно, за зданием ухаживали. Может тот старик, похожий на скорняка. Хэнк, вероятно, поднимался сюда, чтобы охранять здание.
Норман дошел до дальней части дома. Здесь не было никакого двора. Все выглядело так, словно дом был взят откуда-то из другого места, а затем поставлен здесь, на вершине холма. Вокруг дома была только рыхлая сухая земля и камни. К окну подвала подкатился перекати-поле и уперся в него. Сзади дома возвышались желтые холмы. Это место было рекламой дикой природы. Оно было таким же бесплодным, как темная сторона Луны.
На мгновение он замер, разглядывая двухэтажный дом с жуткой кривой крышей, из которой торчала еще более кривая дымовая труба.
Изнутри не доносилось никаких звуков.
Бутс, без сомнения, посмеивалась над чучелами обезьян.
Лучше уж так, чем рассказывать Ники о своих приключениях по дороге на юг из Орегона.
Никто из кафе или трейлеров не мог видеть Нормана с этой стороны дома, так что ему не нужно было больше прятаться. Он прошел вперед, чтобы заглянуть в окно. Сквозь пыльное стекло он увидел полуоткрытые красные клетчатые шторы. Между щелями виднелась старомодная кухня с большой железной плитой. Кухонный стол и стулья. На столе стояла пара фарфоровых тарелок.
Вовсе не развалюха, которую ожидал увидеть Норман.