Тренировки проходили два раза в неделю, и явка на них была условно обязательна. Иначе говоря, любой воин адской армии обязан был пройти не менее трех таких тренировок в месяц и потому мог сам выбирать удобное для себя время между командованием отрядами и бурной личной жизнью. Чтобы проверить качество подготовки, примерно два раза в год устраивались всеобщие адские турниры, куда являлись отборные представители войск и сами генералы. Тогда-то и начиналась настоящая рубка. Карьера, слава и престиж — вот что лежало на кону в этих раундах, наряду с возможным повышением, любовью женщин и благосклонностью Князя. В отличие от простых тренировок, где генералы сами руководили своей «тусовкой», выбирая методику и стиль занятий, на турнирах шли бои всех против всех, армия против армии, эмблема против эмблемы. И горе было тому, кто в решающий момент подведет в скрытом противостоянии генералов преисподней.

Сегодня, после недавно откуролесившего праздника ада, в тренировочном зале было негусто: несмотря на прошедшие после вакханалии два дня, многие до сих пор лечили высосанные нервы и тела, отпаиваясь старинными зельями из рук своих любовниц.

Воины тренировались командами, каждая армия на своем, отгороженном от других, участке. На первом месте, у самой дальней стены, расположились элитники Варфоломея — лидеры не только согласно иерархии, но и благодаря мастерству и стабильно высокой явке. Даже в этот тяжелый день демонов первой армии было больше всех, и они дрались как монстры. Обнаженные по пояс, в одних кожаных брюках, воины похоти, как страницы древней книги, рассказывали наколками на своих телах обо всех позах Камасутры. Во всех движениях узнавался стиль Варфоломея. Лежащие на лицах отпечатки навечно застывшей гримасой выдавали подчиненных своего генерала. Они воевали вожделенно, с углями в глазах, получая удовлетворение от каждого удара. Ни с чем несравнимое желание победить, взять, уничтожить. Но самого предводителя среди них сегодня не было.

На следующей площадке, вторые по численности, вторые по номеру, но исключительные по крови, дрались солдаты генерала Алана. И здесь сразу ощущался холодок иной войны. Эти, одетые в полную форму, воевали сдержанно и расчетливо, вкладывая в свой бой вдохновение уверенной тактики ледяного рассудка, привыкшего брать свое не одним лишь нахрапом. Тяжело было говорить о том, уступали ли они в чем-то воинам первой армии: они были чересчур разными. Тоньше и даже элегантнее были воспитанники гордыни, вечно несовместимые со стихией живых жил Варфоломея. И такая же вечная шла между ними борьба за первенство.