— Мама, что с тобой?

— Что? А, нет, все в порядке. Все прекрасно. Просто я думала…

— О чем?

— О папе, и о том, какой он хороший художник.

— Это хорошо, мама, но давай лучше пойдем, пока не начался дождь, — сказал Брэдли.

Конни нежно улыбнулась.

— Как скажешь, дорогой.

Подошел Роджер, помог ей надеть рюкзак, и они двинулись на север, к поместью, и к своему дому. Дорога из леса будет приятной и недлинной. Это было одной из причин, которые привлекли внимание Роджера к поместью Стоул. Оно располагалось в глуши лесов, и строители сделали для Роджера громадную студию прямо в доме. Впрочем, Конни здесь тоже нравилось.

Они шли по тропинке вдоль реки, которая вытекала из искусственного озера, ощущая прелесть теплого ветерка, дующего в лицо. Медленное, ленивое движение воды расслабляло Конни, она была почти рада, что согласилась на этот поход. Ей нравилось слушать нежное журчание воды и смотреть на причудливые изгибы реки у скал. На засохшем дереве появилась белка, серая, как старый ствол. Она встала на задние лапки, понюхала воздух и замерла, слившись с деревом.

Вдали через стволы деревьев Конни уже могла разглядеть дома. На окраине поместья дома стояли далеко друг от друга, не так, как в центре, и между ними были промежутки в несколько акров.

Она посмотрела наверх — солнце скрылось. В самом деле, небо темнело очень быстро. Конни вздохнула и поняла, что им не успеть домой, как бы быстро они ни продвигались вперед. Несколько бабочек появилось возле ее лица, и она с удовольствием разглядывала их, любуясь тем, как их маленькие тельца забавно прыгают в воздухе. Потом она снова вгляделась в лес, чтобы определить, сколько им еще осталось идти до дома.

— Проклятье! — проворчал Роджер, хлопнув себя по шее.

— Что случилось, дорогой? — спросила она.

— Кто-то меня укусил. Пчела, наверное.

— Я ничего не видела. Только несколько бабочек. Дай, я взгляну.

— Не надо. Все в порядке. Пошли дальше.

Они снова тронулись в путь. Но не успели они сделать и двух шагов, как Роджер хлопнул себя уже по щеке.

— Ой!

— Еще одна пчела?

— Нет, — сказал он. — Бабочка.