УжасыСемь жизнейстр 231
Светлый фон
Бессонница – это ее вина. От начала и до сегодняшнего дня это ее вина. Она не заметила, как все началось и игнорирует этот факт. Но я помню. Все помню. Помню, как не смогла сомкнуть глаза после смерти мамы. Всю ночь я проплакала в кровати, прижимая одеяло к своему лицу. Будучи ребенком, я воспринимала все не так явно, как воспринимаю сейчас. Тогда я знала, что мама ушла навсегда. И как бы Эмма ни утверждала, что теперь все будет хорошо, я не поверила ни единому слову.

И опять эти вспоминания. Я живу ими. Дышу ими. И только за счет них существую по сей день. Но лишь одно из них не дает мне покоя. Тот самый день, когда кошмар стал явью. Когда ее крик не позволил мне уснуть. Помню выбралась из-под теплого одеяла и тихонечко прокралась к кухне. Мать рыдала на коленях, прижимая руки к груди. Эмма сидела напротив, потирая пальцами виски. Я видела, что ей надоел этот крик и рыдания. Видела, как она хотела встать и уйти. Я же, наоборот, хотела подбежать и обнять, но страх парализовал.

И опять эти вспоминания. Я живу ими. Дышу ими. И только за счет них существую по сей день. Но лишь одно из них не дает мне покоя. Тот самый день, когда кошмар стал явью. Когда ее крик не позволил мне уснуть. Помню выбралась из-под теплого одеяла и тихонечко прокралась к кухне. Мать рыдала на коленях, прижимая руки к груди. Эмма сидела напротив, потирая пальцами виски. Я видела, что ей надоел этот крик и рыдания. Видела, как она хотела встать и уйти. Я же, наоборот, хотела подбежать и обнять, но страх парализовал.

Мама продолжала рыдать, судорожно прикладывая к губам стакан с алкоголем. Ее руки тряслись, голова покачивалась из стороны в сторону. Она блевала на пол и едва не падала в свою же лужу. Эмма ей не помогла встать, не вытерла пол и лицо. Ее равнодушное, но в то же время напряженное лицо выводило меня из себя. В этой битве она предала свою сестру. Оставила одну на поле боя, но не ушла, а продолжила наблюдать.

Мама продолжала рыдать, судорожно прикладывая к губам стакан с алкоголем. Ее руки тряслись, голова покачивалась из стороны в сторону. Она блевала на пол и едва не падала в свою же лужу. Эмма ей не помогла встать, не вытерла пол и лицо. Ее равнодушное, но в то же время напряженное лицо выводило меня из себя. В этой битве она предала свою сестру. Оставила одну на поле боя, но не ушла, а продолжила наблюдать.

Медленно восстанавливаю события, приближаясь к самому кошмарному. Мама больше не кричала. Она покачивалась взад-вперед и выла, прерываясь лишь на молитвы. А Эмма… Эмма резко встала со стула и отшвырнула маму. Та ударилась о стену и рухнула на пол. Эмма перешагнула через нее и хотела пойти дальше, но мама начала захлебываться. В тот момент я не выдержала и хотела ринуться к ней, но Эмма заметила меня. А дальше воспоминания покрыты плотным туманом.