Вдруг Ева поскользнулась: нога, которую она поставила на большой круглый камень, не удержалась и поехала дальше, а вслед за ней и вся Ева. Девушка упала в воду и кубарем полетела вниз, по склону; благо, косогор был не очень крутой, и Ева отделалась лишь парой синяков и насквозь промокшей одеждой. Она осторожно села в воде, не спеша подниматься, и осмотрелась: ручей радостно выбегал здесь из лесной чащи навстречу широкому дикому желтовато-зелёному полю, заросшему высокой сухой травой, которую уже давно никто не косил и не собирался это делать; тому самому полю, на котором когда-то Ева впервые встретила Мэри.

«Лошадям хорошо, — подумала она, вставая и отряхиваясь. — У них сильные ноги, и они могут бежать, куда захотят. Птицам тоже хорошо: у них сильные крылья, и они могут лететь, куда им вздумается. У человека же нет ни таких сильных ног, как у лошади, ни крыльев, и сам он ничего не может, хоть и укротил коня и сделал металлическую птицу. Но ценят ли они то, что имеют? Восхищается ли орёл той высотой, на которой он летит, любуется ли лошадь полем, по которому она бежит подобно стреле, или для них что горы, что лес, что поля — всё одно? Или только человек смотрит каждый день на закат и понимает, что подобного не будет уже никогда? У человека есть разум, который умеет восхищаться природой, а у природы, видно, нет такого разума, чтобы восхищаться собой».

Ева быстрым шагом пошла вдоль поля, стараясь найти хоть какую-нибудь тропинку, и, наконец отыскав её, исчезла между высокими колосьями сухой травы. «Почему демоны умирают? — подумала она, вглядываясь куда-то между стеблями. — Почему ангелы, чтобы вернуться к себе домой, просто улетают в небо, а бесы должны для того же умереть, снова испытать боль смерти? Или ангелы тоже умирают? А ведь и правда, я не знаю. Может, и Кристиан с моим отъездом захлебнулся в море, просто ангелы, по доброте своей душевной, не хотят лишний раз пугать меня своими смертями, а демоны только и рады это сделать. Что ж, и Люцифер покончит с собой на моих глазах? Нет, он не настолько жестокий, я уверена. Что им отпугивать меня, как будто они не хотят, чтобы я к ним спустилась? А может, они делают это от обиды? Да, точно, от обиды. Они привыкли, что им вслед посылают проклятия, вот и думают, что я выберу Рай, а потому нарочно пугают меня, будто хотят убедиться, что их никто не ждёт. Сначала напугали меня до смерти, чтобы я и не думала спускаться к ним, а потом упиваются своей обидой на мир, мол, «нас все ненавидят и не спешат доказать обратное». Всё думают, что я неженка, хе-хе. Что ж, господа демоны, вы посмотрели на моё лицо, когда я всё узнала, — теперь я посмотрю на ваше, когда вы узнаете мой выбор. Я пешка, которая стала ферзём».