Ева пересекла поле и подошла к его краю; там, где оно заканчивалось, поднимался небольшой холмик с двумя соснами, как будто образующими ворота, а уж за ними, перетекая с холма на холм, как волны, простирался бор. «Почему демоны умирают? — снова подумала она, устало опускаясь на землю под сосной. — Действительно, почему? Тьфу, что за глупости у меня в голове! Надо думать о существенном, о важном, о выборе, в конце концов! А может, оно и к лучшему? Голова сама говорит, что ей нужно отдохнуть. Какое красивое поле. А этот запах!.. Как будто я снова там, далеко… — Ева облокотилась на сосновый ствол позади себя и бессмысленно проводила взглядом упавшую с ветки дерева пару иголок. — Интересно, когда придёт Люцифер спросить про мой выбор? Сколько лет пройдёт перед тем, как Небо и Земля услышат моё слово? А если я сама захочу им сказать? Время… Что такое время, когда у тебя есть целая бесконечность? И я теперь её счастливая обладательница! Могу смеяться и плакать, сколько моей душе вздумается, и не бояться, что таймер прозвенит в неподходящий момент! Это хорошо. Интересно, у меня будут крылья? Конечно, будут, что за вопрос! У всех есть, значит, и у меня будут. И тогда я облечу всю землю!.. Я пролечу над морем, посижу на скалах, потом упаду вниз, навстречу бездне, но в последний момент расправлю крылья и взлечу к облакам… Как много, однако, у меня мыслей в голове! Наверное, это оттого, что я раньше мало думала, только боялась и всё. А теперь… Теперь всё по-другому».

Ева поднялась и устало побрела дальше сквозь просвечивающие сосны. Она толком не могла сказать, куда идёт, она просто шла, и ноги сами несли её в знакомом направлении. Она вышла на набережную; там никого не было, только тихие воды спящей реки слегка ударялись во сне о каменную кладку. Солнце всё быстрей и быстрей поднималось над горизонтом, и большая тень, лежащая всю ночь на парке, постепенно стала отползать в сторону под его жгучими лучами, открывая взору выцветшие и побледневшие кусты сирени на том берегу и белые жасминовые цветки на этом. «Сколько раз я проходила этой дорогой? — подумала Ева, ступая на узкий пешеходный мост. — За всю-то жизнь накопится немало. Подумать только, совсем скоро у меня не будет перед глазами этой листвы, этих сиреневых и жасминовых кустов, как будто их никогда и не было! Ах, демоны, демоны. Странные существа, жадные до чужой любви. Но только тот способен напиться любовью, кто любит сам — нелюбящий никогда не утолит своей жажды, сколько бы любви ему ни подарили. А тут — целый народ… Но года идут, времена меняются, и начинается новая эра. Так пусть я буду её зарёй, если только у меня есть такое право».