А на полу лежала пустая одежда молодой женщины и украшения с ее головы… Само же тело исчезло, как будто его никогда и не бывало!

* * *

Томотадо обрил голову, сделался буддистом и превратился в странствующего монаха.

Он бродил по всей стране; когда достигал какого-нибудь святого места, он всюду заказывал молитвы за упокой души Айоажи.

Проходя во время своего благочестивого путешествия в Екизен, он решился отыскать жилище родителей своей возлюбленной жены.

Но, когда он достиг того места, где когда-то среди гор приютилась их хижина, он ее не нашел. Ничто даже не указывало на то, что она когда-либо здесь стояла. Только оставались три срубленные ствола плакучей ивы. Два от старых, больших деревьев, а один от совсем молодой ивы.

Деревья были срублены некоторое время назад.

И у подножья этих стволов Томотадо велел воздвигнуть превосходный памятник, на котором были начертаны священные тексты.

И много было совершено им здесь буддистских обрядов и служб за упокой душ Айоажи и ее родителей!

Перевод Елены Ильиной

Легенда о Мими-Наши-Гойши

Легенда о Мими-Наши-Гойши

Несколько столетий тому назад в городе Шимоносеки жил один слепец, по имени Гойши. Он был известен во всей стране по своему умению играть на biwa – инструменте, похожем на лютню с четырьмя струнами. С самого раннего детства он изучал музыкальное искусство и искусство декламации и очень скоро превзошел своих учителей. Он был особенно знаменит своими песнями и сказаниями о вражде между племенами Гейке и Женжи, и, когда он пел жалобную песнь Дан-но-ура, «сами тени их не могли сдержать рыданий!».

В начале своей карьеры Гойши был знаком с бедностью, но затем один друг пришел к нему на помощь. Случилось так, что заведующий храмом Амидажи очень ценил поэзию и музыку; он часто призывал Гойши в свое жилище, чтобы послушать его легенды и трагические поэмы. Однажды, глубоко тронутый талантом молодого музыканта, он предложил ему жить при храме, где он мог получить и приют, и пищу. Взамен этого Гойши, при отсутствии других приглашений, должен был в свободное время утешать его пением и музыкой. Слепой, конечно, с благодарностью принял его предложение и поселился в храме.

В один жаркий летний вечер добрый священник был приглашен в дом одного из своих прихожан, только что скончавшегося, для совершения положенных религиозных служб. Он ушел со своим помощником, и Гойши остался один. Так как было очень жарко, Гойши пошел на веранду, находившуюся с задней стороны храма и выходившую в сад, чтобы освежиться перед сном. Он терпеливо ожидал возвращения своего благодетеля и для развлечения начал что-то играть на своей лютне.