Глеб Никитин отсмеялся, всхлипывая, протер глаза. Упруго вскочил на ноги.

— Без паники. У него на ремне фляжка — там должно еще остаться немного волшебного лекарства. Дай, я волью ему в глотку пару глотков этого бальзама…

Не открывая глаз, Николас поперхнулся и в кашле выдул из себя целое облако блестящих капелек, почему-то страшно воняющих коньяком. Затем все-таки посмотрел на жестокий мир и, отводя взор от своей практически отрубленной ноги, жалко попросил:

— Не ругай меня, Глеб…

— Не буду. Эй, гутен морген, Карл Иванович! Присаживайся, хватит валяться, промокнешь, соплями ведь завтра весь изойдешь.

Сноровисто Глеб подсунул под зад голландцу мятый брезент, на котором только что упаковывал в глину гуся. Поручив О'Салливану придерживать раненого за плечи, стянул с его ноги пробитый грубый башмак.

— Царапина в полдюйма.

С официальными разъяснениями выступил младший командир.

— Ботинки-то военные, не гнутся, вот и не отрубил он себе ничего до конца-то.

Бойцы одобрительно и облегченно зароптали.

Впервые за все время их общения Николас не верил Глебу. Он знал, что добрый начальник его утешает и хочет сэкономить на причитающихся в таких случаях костылях.

— Встать на одну ногу сможешь? Вставай, не притворяйся! Макгуайер, научи его, как нужно обрабатывать раны в походных условиях. Да не так, что ты!

Возмущенным жестом Глеб остановил принявшегося было расстегивать собственные штаны Макгуайера.

— Покажи ему! Просто покажи как, а дальше, я думаю, наш железный дровосек сам справится. Главный-то механизм он сам себе не рубанул… Держи его, О'Салливан, на всякий случай, я пошел, поищу подорожник.

Со стороны раненый богатырь и группа его поддержки выглядели гораздо забавней.

Глебу потребовалось всего несколько минут, чтобы на лесной тропе нарвать пригоршню молодой зелени.

Одним листом он протер кровь с крохотной голландской раны, потом приложил к ней еще несколько подорожников.

— Погоди, не трепыхайся.

Придерживая Николаса, Глеб развязал свой высокий ботинок и, стянув с собственной ноги носок, ловко натянул его на раненую лапу бледного голландца.