– Ну, что я вам говорил? – ораторствовал он перед другими слугами, после того как их хозяина отвезли в больницу. – Разве просто так отказался я пойти с полицейскими? Я прямо сказал им: верховный жрец Умуаро – это вам не такая похлебка, которую можно проглотить второпях. – В его голосе прозвучала нотка гордости. – Ведь хозяин думает, что раз он белый, то наше колдовство на него не подействует. – Тут он заговорил по-английски, чтобы его мог понять вошедший слуга Кларка, который не знал языка игбо. – Я ему всегда говори: колдовство черный человек – шутка плохие. Но когда я говори: не смейтесь над это, нельзя, – он смеяться. Когда он кончай смеяться, он называй меня Джон, я отвечай: масса. Он скажи: ты тоже вести этот дикарский разговор. Я ему скажи: о-о, придет один день – будете видеть. Ну как, видите теперь?

История о колдовских чарах Эзеулу распространялась по Правительственной горке вместе с историей о загадочном недуге капитана Уинтерботтома. После возвращения Кларка из больницы его слуга спросил, как чувствует себя большой господин. Кларк, сокрушенно покачав головой, сказал:

– Боюсь, он очень плох.

– Простите, сэр, – заговорил слуга с выражением крайнего беспокойства на лице. – Они говори: тот злой колдун оттуда…

– Пойди-ка и приготовь мне ванну, ладно? – Кларк так устал, что не был расположен выслушивать болтовню слуги. В результате он упустил возможность услышать про причину заболевания капитана, о которой толковали не только на Правительственной горке, но вскоре и на каждом углу в Окпери. Лишь через пару дней он узнал об этом от Райта.

Другие слуги с Правительственной горки собрались на кухне у Кларка в ожидании последних новостей, которые рассчитывали услышать от его личного слуги. Выйдя готовить ванну, он шепнул им, что надежды нет: Кларк сказал ему, что он боится.

В тот же день вечером Кларк с Уэйдом снова поехали в больницу. Ни больного, ни доктора им повидать не удалось, но сестра Уорнер сказала, что перемены к лучшему нет. Впервые с того момента, когда все это началось, Тони Кларк ощутил тревогу. Обратно они ехали в молчании.

Когда Кларк вернулся, возле его бунгало дожидался судебный посыльный.

– Доббавеча, сэр, – сказал посыльный.

– Добрый вечер, – ответил Кларк.

– Колдун из Умуаро пришла. – В голосе посыльного звучал такой страх, словно он извещал о появлении в деревне оспы.

– Не понимаю.

Посыльный изложил свое сообщение более подробно, и только тут до Кларка дошло, что тот говорит об Эзеулу.

– Запри его до утра в арестантской, – сказал он в дверях бунгало.