– Так вот что ты называешь интеллектуальными занятиями и на что пойдут деньги, полученные за «Кальдофреддо»?.. Понимаю…

– Принято считать, что самые обычные события в жизни – это сплошной абсурд. Религию тоже считают абсурдом. Но вера способна сдвинуть горы абсурдного здравомыслия.

– Я хотела предложить тебе бросить Мадрид и поехать со мной в Альмерию.

– Беспокоишься за меня. Я правда плохо выгляжу?

– Не в этом дело. Но всякий скажет, что тебе много пришлось пережить. На Средиземноморье сейчас превосходная погода.

– Средиземноморье – это да! Месячишко блаженного покоя. Но у меня нет денег курсировать взад-вперед.

– Совсем нет? Я думала, у тебя полно денег.

– Было полно, да ощипали почти догола.

– Какая же я дура, что не послала тебе те пятнадцать тысяч. Подумала: для него это семечки.

– Были семечки – несколько месяцев назад. Найдешь мне в Альмерии работу?

– Найду, только боюсь, ты этого не захочешь.

– Чего «этого»?

– Сниматься в нашей картине «Записки кавалера» по роману Дефо.

– Надеть старинный костюм…

– Это не для тебя, Чарли!

– Почему не для меня? Послушай, Кэтлин, если мне дадут возможность несколько минут поговорить на старом добром английском языке…

– Ты поедешь как мой гость.

– Я готов на что угодно, чтобы покаяться в ошибках и загладить вину, накопившуюся за полвека. Я не слишком хорош собой, чтобы сниматься в кино. Но ты даже не представляешь, с какой радостью я стал бы статистом в фильме на историческую тему. Какое удовольствие надеть панталоны, башмаки с пряжками, шляпу с пером или шлем…

– Но это не отвлечет тебя от серьезных размышлений. У тебя… у тебя масса важных дел.

– Если эти дела не пробьют себе дорогу сквозь громады абсурда, грош им цена. Конечно, все время приходится о чем-то думать. Я беспокоюсь за дочерей и страшно озабочен судьбой Текстера. Его похитили аргентинские террористы.