— Увидеть меня ты можешь в своем угле. Но вот поговорить нам через него не удастся!

   — Я... я сжег уголь, — пролепетал я и вспомнил, полный раскаянья, как на глазах Гарднера, проклятого лаборанта, предал огню зеркальный кристалл в позорном страхе перед Бартлетом Грином...

   — Хочешь ли ты получить его обратно, Джон Ди... наследник... Хоэла... Дата?

   — Верни его мне, могущественный Иль!.. — взмолился я.

   — Тогда сомкни молитвенно руки! Молиться — это значит: получать, если... умеешь просить!

«Я умею, умею», — возликовало во мне. Я сложил ладони... Меж них стал расти какой-то предмет, медленно разжимая мои сведенные

судорогой кисти». Опустив глаза, я увидел в сложенные корабликом руках... угольный кристалл!»

— Прежнюю его жизнь ты сжег! Отныне в нем живет твоя жизнь, Джон Ди. Он... родился заново, воскрес из мертвых! Вечное не горит!..

В крайнем изумлении я не сводил с кристалла глаз. Поистине чудесны пути невидимого мира. Итак, всепожирающее пламя не властно распоряжаться жизнью и смертью даже неодушевленных предметов!..

«Благодарю тебя... Иль... благодарю!» — хотел воскликнуть я, но от волнения не смог произнести ни слова. Рыдания перехватили мне горло. Потом из меня хлынуло: