— А Камень? Ты мне его тоже...

   — После... завтра... — прошелестело вдали.

Вместо Ангела в помещении висела лишь легкая дымка. Дитя перед окном стало прозрачным, как мутная, грязная стекляшка. Безжизненно-вялым шелковым лоскутком полоскалось оно в воздухе. Потом зеленоватым мерцающим туманом опустилось на землю и превратилось в заиндевелый лужок...

Это была моя первая встреча с Ангелом Западного окна.

Теперь-то судьба повернется ко мне лицом, не будет же она меня по-прежнему пытать и преследовать неудачами?! Меня, причастного такой благодати! Трижды благословенна будь ночь Введения во храм Пресвятой Девы!

Долго еще сидели мы вместе и, потрясенные, обменивались впечатлениями. Как величайшее сокровище сжимал я в руке угольный кристалл Бартлета... нет, нет, угольный кристалл Ангела, напоминая себе, что сподобился лицезреть чудо. Сердце мое разрывалось от счастья, когда я повторял про себя обещание Ангела: послезавтра, послезавтра!..

А Келли так и спал беспробудным сном, и лишь когда сукровица утренней зари стала сочиться из раны, широко располосовавшей затянутое облаками небо, он молча, шаркая, как древний старец, сошел вниз; на нас он не глядел...

Вот и доверяй после этого приметам! «Остерегайся меченого!» Беспросветное суеверие! А как подозрителен был я сам к человеку с отрезанными ушами! Юн —орудие Провидения, а я», я принимал его, брата моего, за». за разбойника с большой дороги!» Смирение и еще раз смирение! —решил я. —Только так смогу быть», достойным Камня!..