— Ты должна забыть его. Он ведь любит Камилю.

Зифа, закрыв лицо руками, разрыдалась.

— Не надо, дочка, не надо.

Сквозь рыдания Зифа говорила:

— Не говори мне о Камиле… Она обманула его, а потом приласкала… Еще говорила про арабов, которые умирают из-за любви!

— По тебе сохнет хороший парень, Хайдар.

— Мама, отпусти меня в город. Я тоже буду учиться на каких-нибудь курсах. Вот увидишь, выучусь. Буду стараться, спать не буду, все время буду сидеть за книгами. И геологию выучу и русский язык, не хуже Камили.

У каждого человека бывают минуты, когда кажется, будто сердце разрывается на части. Такое ощущение было у Айхылу. Прислонившись к печке, она заплакала горькими вдовьими слезами.

Услышав скрип ворот, мать и дочь вытерли слезы. Кто-то шел к ним.

Пришла Камиля.

— Здравствуйте! — произнесла она приветливо.

Айхылу засуетилась:

— Давно не была у нас, садись. Как сын?

Камиля, ответив старой женщине, ласково сказала Зифе:

— Я за тобой пришла. Наши уезжают, Артем Алексеевич и Людмила Михайловна. Хамзин и Ага остаются. Хайдар тоже уезжает вместе с ними в новую экспедицию. Пойдем их провожать?

Айхылу обрадовалась: «Пусть идут, на людях Зифе будет легче, с Хайдаром увидится».

3

…В это ясное сентябрьское утро каждый был занят своим делом. Ясави распоряжался уборкой богатого урожая. Закир, заменяя его в канцелярии, важно разговаривал по телефону с районом. Его жена, Танхылу, стирала белье на Белой. Не по ошибке ли прихватила она и детские пеленки? Нет, не зря в Карасяе говорят: «Сын — кусок сахара, а внук — конфетка».

Кузнец Галлям бил тяжелым молотом, работая без помощника. Звон металла плыл над аулом.

Две подружки, Камиля и Зифа, должны были пройти всю улицу, чтобы попасть в новую контору нефтяников.