Светлый фон

— Ну что ж, идите, только зря. Мы бы сейчас вместе поужинали.

Мама шла впереди, а Димка сзади, стараясь ставить ноги в мамины следы. Мама ни разу не оглянулась, и Димка вспомнил, как несколько минут назад мама весело смеялась. Димка почему-то вдруг подумал, что он помешал маминому веселью.

Разговор

Разговор

Но когда они пришли в мамину комнату, у Димки это настроение прошло. Мама стала такой, какой была всегда. Она раздела Димку, накормила его. Все она делала быстро, споро. Димка сидел на кровати, укутанный в одеяло, и следил за ней.

А потом мама прилегла с ним рядом, и Димка все ей рассказал. Мама не стала его ругать, а сказала, что у него нет никакой выдержки.

В комнате было уже давно темно, но, сколько Димка ни прислушивался, маминого дыхания не было слышно. «Значит, не спит», — подумал он и тихонько спросил:

— Мама, а тебе здесь хорошо?

Мама долго ему не отвечала. Димке даже надоело ждать. Он решил, что, видно, мама все-таки спит, но тут раздался ее голос:

— Как ты, Димка, странно спрашиваешь. «Хорошо»! Ведь здесь моя работа.

— Но тебе здесь хорошо? — Он закрыл глаза, чтобы не видеть темноты, и еще тише добавил: — Или тебе со мной лучше?

Мама опять помолчала, и уже сквозь сон Димка услышал:

— Конечно, мне здесь плохо без тебя.

Утром, пока мама готовила завтрак, Димка вышел во двор, чтобы осмотреться. Когда он вернулся, за столом сидел Север Иванович. Он курил трубку и внимательно слушал маму. Димка не видел его лица, а только широкую спину, обтянутую свитером, черный с проседью затылок и загорелую шею.

Мама обернулась к Димке и сказала ему:

— Вот позвала Севера Ивановича. — Она немного смешалась и добавила: — Посоветуемся с ним, как нам с тобой быть. Не возражаешь?

— Ну, начнем военный совет. — Север Иванович посмотрел на Димку. — Хотя, в общем, разговаривать долго не о чем, обстановка ясна. Школу ты, брат, бросил зря!..

Димка вдруг обозлился:

— А вам какое дело, чтобы советовать!..

Север Иванович помолчал, потом встал, его веселые глаза потухли, а толстоватые, добродушные губы сжались в твердую прямую линию.