— Добрый день! — сказала она.

— Здравствуй, — ответил Федор Иванович. — Как тебя зовут?

— Тася.

— Ну-ка скажи, Тася, у обрыва в воде камней нет?

— Нет, — ответила Тася. — Там глубоко.

— А кто-нибудь из ребят прыгал с обрыва?

— Я не ныряла, а Славка нырял. Славка! — закричала она. — Славка!

Один мальчишка отделился от общей ватаги, быстро натянул брюки на мокрые трусы и подбежал.

— Славка, — спросил Федор Иванович, — когда прыгал с обрыва, страшно тебе было?

Славка помялся:

— Страшновато.

— А зачем же ты прыгал? — удивилась Елка.

— Когда летишь, дух захватывает, — сказал Славка. — А вынырнешь из воды — радость какая-то.

Федор Иванович стал раздеваться.

— Ты будешь купаться? — спросила Елка.

— Хочу прыгнуть.

— Не надо. Тебе нельзя.

— Мне все можно. Мне надоело быть слепым. Я все могу. Славка прыгал, и я прыгну.

— Подождите, — сказал Славка. — Сначала я.

Они встали на краю обрыва. Елка посмотрела отцу в спину. Под правой лопаткой у него был шрам от пулевой раны.