— Там, в параллельном мире, ты была другой.

— Какой же я была в параллельном мире? — насмешливо, но вместе с тем и настороженно спросила Лиля.

— Глубже… Интереснее. Умнее… — Он не говорил, он складывал слова, как костяшки домино. — Мы любили друг друга. И верили, что любим вечно.

— Вечна только вселенная… А люди… Люди, как весны, приходят и уходят. Оставляют после себя другую жизнь. Или просто след в жизни. Людям, как веснам, светит солнце, для них налетают ветры, сверкают звезды, жмурятся тучи… Весны имеют свой срок на земле. Людям срок не установлен.

Он не слыхал этих слов в параллельном мире. Но произносила их сейчас та Лиля, оттуда…

4

Асирьян делал вид, что не может дотянуться до перекладины, вздыхал с таким тяжелым огорчением, будто час назад потерял близких родственников. Истру взглядом, полным сердечной укоризны, смотрел на сержанта Лебедя, невозмутимо стоявшего под сосной в голубой майке, заправленной в галифе. Такие же майки голубели на Сурене, и на Мишке, и на других ребятах отделения, занимавшихся на спортивной площадке.

Небо расстилалось чисто, без туч, без облаков, пружинилось солнечным светом. Ветер покачивал вершины сосен плавно, незло. Иглы искрились, словно на них лежал снег. Но снега не было. Нигде, нигде. Песок желтел тепло и приятно.

— Товарищ сержант, — взмолился Истру. — Разрешите, я его подсажу.

— Не разрешаю, — строго ответил Лебедь. — Сегодня вы подсадите, а завтра Асирьяну табурет потребуется.

— Мне бы лесенку, — пояснил Сурен. — Такую маленькую, как в купированных вагонах.

— Разговорчики… Рядовой Асирьян, к снаряду!

Сержант Лебедь нервничал. Дело в том, что Асирьян стоял под перекладиной, то есть под спортивным снарядом, и поэтому Лебедю не следовало давать такую команду, ибо, выполняя ее, Асирьян двинулся от перекладины в сторону шведской стенки. Истру одобрительно кивал, поощряя действия друга. И даже крикнул:

— Шире ша-аг!

— Рядовой Истру!

Мишка был отличным спортсменом. Разрядником. Мог позволить себе вольности на физкультуре. Лебедь сказал:

— Стыдились бы. Вместо того чтобы болтовней заниматься, помогли бы другу освоить перекладину.

— У него не получится.

— Почему?

— Он высоты боится, товарищ сержант.