Это сказал Славка Игнатов. Все обернулись в его сторону. Он стоял на дороге в шинели, с чемоданом в руке.
— Товарищ сержант, рядовой Игнатов прибыл из краткосрочного отпуска на родину…
…После занятий они втроем сидели в лесу, возле мшистого валуна, огромного и старого, который хорошо прогревало солнце. Перед ними на газете стояли банки с вареньем, компотом и другими вкусными вещами, привезенными Славкой из дому.
Истру сказал:
— Ребята, а ведь сегодня ровно год, как мы служим.
— Кто бы мог подумать, — глубокомысленно произнес Асирьян, макая булку в сгущенное молоко.
— А между прочим, Сурен, думать надо. И прежде всего о будущем, — нравоучительно напомнил Славка.
Истру не терпел нравоучений. Истру подмигнул Сурену, повернулся к Славке. Сказал:
— И каким оно видится тебе, твое будущее? Хочешь, угадаю? У молдаван глаз дальнозоркий. Хочешь?
— Давай, — равнодушно кивнул Славка.
— Видится тебе, что Лиля станет студенткой актерского факультета ВГИКа. Ты тоже будешь учиться и Москве. В конце концов, вы будете мужем и женой. Угадал?
— Угадал, — гордо признался Славка.
— Хороший ты парень, Игнатов. Но по женской линии — чистый дурак, — пожалел Истру. — Не достанется тебе Лиля.
— Достанется. Я упрямый.
— Спорим?
— Спорим.
— Сурен, не перебивай.
— Перебивщика не бьют, за волосы не дерут, — быстро сказал Сурен и взмахнул рукой.
— Молодец, Сурен. Годочков через пять будем мы гостить у них в Москве, — улыбаясь, пообещал Истру. Потом улыбка вдруг сошла с его лица. И он серьезно и даже немного грустно сказал: — А вообще, ребята, Славка прав. Мечтать нужно. И упрямыми быть в жизни — тоже не самое последнее дело.