Моултон быстро намекнул, что я не свободен.

– Ха, Болингброк, – сказал он.

– Кто, я?

– Конечно, вы. Если так похож на кого-то, то и зовись знаменитым именем. Когда я впервые вас увидел, во мне сразу что-то щелкнуло: вот человек, имя которому Болингброк. Вы не возражаете, если я буду так вас называть?

– Как можно возражать против имени Болингброк?

Сидевшие за столом глядели на меня веселыми глазами с оттенком, свойственным каждому, – ехидством или сочувственной жалостью.

– Это мистер Марч. А ваше имя, Болингброк?

– Оги.

– Как Тея?

– Хорошо, спасибо.

– Вас с ней что-то не видать в последнее время. Орел отнимает столько времени?

– Да, орел. Мы много занимаемся с ним.

– Это была восхитительная картина, когда вы появились в этом своем фургоне и вытащили из него орла! Я сидел здесь наверху и все видел. Но ведь, как я понимаю, замысел провалился?

– Кто это сказал?

– Ну, ходят слухи, что орел не оправдал ожиданий.

Ах, этот маленький мерзавец Хасинто!

– Так, Болингброк, этот могучий орел действительно оказался трусом и уволен из рядов?

– Да нет, – сказал я, – что за ерунда! Разве может один орел отличаться от другого? Все они более или менее одинаковы. Орел есть орел, как волк есть волк, а летучая мышь – летучая мышь.

– Правда ваша, Болинг. Скажу даже, что и у людей все то же самое. Различий почти нет, но ведь они-то и интересны. Так что же с вашим орлом?

– Для такой охоты он еще не созрел. Но скоро созреет. Тея – превосходный тренер.