– Вы хотите сказать, что мы опередили Сэнгоку-сан и пролезли на корабль раньше него? Знай он об этом, разозлился бы, наверное. – Зазывала опрокинул банку и стал высасывать остатки пены.

– Потому-то я и испытываю угрызения совести. Мне следует сообщить своему директору о новых компаньонах, которые ничего не вложили в наше дело, и получить его одобрение.

– Что-то я не склонна доверять какому-то там Сэнгоку. – Женщина откинулась на спинку дивана и одернула юбку. Но лишенная эластичности искусственная кожа еще явственней стала облегать ее бедра.

– Не припомните, Капитан, когда вы впервые почувствовали, что сюда кто-то пробрался, – до встречи с Тупым Кабаном или после? – не отставал зазывала, сдерживая зевоту.

– Не помню.

– Но это же самое главное. Нужно знать, до какой степени следует доверять вашему директору.

– Почему?

– Что-то этот ваш Сэнгоку чересчур уж деликатен, а? – Женщина насмешливо улыбнулась, как бы заранее затыкая мне рот. – А может, он с самого начала был в сговоре с «повстанцами»?

Такая проблема действительно существовала. Я бы солгал, если бы стал утверждать, что меня совсем не волновало, с каких пор Сэнгоку узнал о связи Тупого Кабана с «отрядом повстанцев». Ему, разумеется, было известно, что шестивалентный хром поставляет «отряд повстанцев». Было ему известно и то, что Тупой Кабан – мой отец. И, зная, что Тупой Кабан – руководитель «отряда повстанцев», он ни разу мне и словом об этом не обмолвился – здесь чувствовался какой-то умысел. Может быть, Сэнгоку желал приберечь такой козырь до тех пор, пока я не посвящу его во все тайны заброшенной каменоломни?

Продавец насекомых с грохотом сполз со стола и плюхнулся на пол, и, хотя его узкие глазки были полуоткрыты, по тому, как голова упала на грудь, было ясно, что он спит глубоким сном. Он снова оказался на своем прежнем месте, откуда мог заглядывать под юбку женщины, да только теперь это было ни к чему. Хорошо бы и зазывала заснул. Он осушил ни много ни мало целых пять банок пива.

– Давайте укладываться спать, – предложил я.

– Нет, сейчас не до этого. – Открывая новую банку, зазывала заглянул под стол.

– Правильно. Как вы думаете, который час? Еще только пять минут девятого. – Женщина, прижавшись щекой к дивану, тоже заглянула под стол.

Над столом теперь никто не возвышался, и, глядя прямо перед собой, я вдруг обнаружил, что остался как бы в одиночестве. В наступившей тишине меня охватило беспокойство.

– Мы полуночники, – сказал зазывала. – Ну что, пошли?

– Куда?

– Как – куда? Обследовать штольню. – Зазывала по-прежнему заглядывал под стол. – Что это за мешок рядом с ящиком из пенопласта? Может быть, спальный?