Но сегодня лицо Павла показалось ей спокойнее и бледнее обычного. Должно быть, жар спал, и на лбу у него выступила испарина. Таня осторожно промакнула полотенцем, вытерла ему пот. Павел встрепенулся, медленно и тяжело разомкнув веки, и посмотрел невидяще, как сквозь туман. Веки его дрожали, и глаза, точно прозревая, остановились на ней, не выражая, однако, ни удивления, ни каких-либо других чувств… Таня замерла в ожидании: сейчас, вот сейчас он узнает ее, обрадуется, назовет по имени, как называл в бреду, и она, жалея и боясь этого одновременно, вся напряглась и даже приложила палец к губам, как бы предупреждая: молчи!.. Но он никак на это не прореагировал и не заметил, кажется, ни выразительного ее жеста, ни взволнованно-ожидающего ее взгляда, устало закрыл глаза и отвернулся к стене.

Потом, спустя много дней, когда кризис миновал и они смогли поговорить, Таня спросила его об этом. И Павел сказал, что он узнал ее, конечно, сразу, как только увидел, но у него не хватило сил обрадоваться и что-нибудь сказать.

На исходе третьей недели в больницу неожиданно явились двое военных. Николай Глебович, предчувствуя недоброе, несколько растерялся и встретил их настороженно:

— Чем обязан столь высокой чести?

Военные держались твердо и с некоторой даже самоуверенностью:

— Нас, интересует бежавший из-под стражи преступник…

— Позвольте, господа, — удивился Николай Глебович, — в нашей больнице находятся только больные.

— И тем не менее мы обязаны проверить, — настаивал один из военных, молодой и решительный, судя по всему, старший по должности и званию.

— Каким же образом вы собираетесь это делать?

— Во всяком случае, не без вашей помощи, доктор. Покажите нам для начала списки… или, как там у вас, регистрационные записи, желательно за последний месяц. Надеемся, это вас не особенно затруднит?

— Нет, отчего же… списки я вам покажу.

Проверка в общем-то закончилась ничем, хотя одна запись проверяющих насторожила: «Неизвестный». Они переглянулись между собой, как бы молчаливо о чем-то сговариваясь, и все тот же молодой и решительный человек поинтересовался, ткнув в эту запись:

— Что это значит?

— Это значит, что больной был доставлен в тяжелом состоянии, — ответил Николай Глебович, не выдавая ничем своего беспокойства. — А документов при нем не оказалось…

— Стало быть, без документов?

— Болезнь, батенька мой, интересуется мало — есть у вас документы или их нет.

— Понятно, — многозначительно кивнул тот. — Но слово «неизвестный», как я вижу, было зачеркнуто, а сверху вписана фамилия: Бучмин. Как это понимать?