Артем Кнып поднялся, протягивая руку:

— Здравствуй, Виктор. Рад тебя видеть.

— Здравствуй, Артем. Поздравляю с успехом.

— Благодарю. Разреши представить: Марина аль-Муджахиб.

— Очень приятно, — сухо кивнул Ветлугин.

— Что ты будешь пить?

— Как и вы.

— Мне большой виски с содовой и со льдом, — капризно произнесла по-русски Марина аль-Муджахиб.

Конечно, она из соотечественниц, решил Ветлугин. Но почему аль-Муджахиб? Замужем за арабом? За арабским дипломатом? Но откуда Кнып ее знает? В общем, как обычно, одна из его ловушек.

Кнып весело поблескивал полушариями, понимая, о чем лумает Ветлугин. Они молчали, ожидая, когда принесут напитки.

При свете свечей в легком, с блестками платье Марина аль-Муджахиб была привлекательна. Соблазнительно белели плечи, открытая грудь, шея. По спине клубились волнами длинные пышные волосы. Красивый излом выпукло очерчивал сочный рот. Над темно-серыми глазами высокими дугами чернели густые брови. Некрасив был лишь широкий, плосковатый нос с нервно подергивающимися ноздрями. В этом подергивании было что-то хищное, нетерпеливое. Но держалась она с достоинством.

— Варьете будет через час, и мы, пожалуй, успеем поужинать, — сказал Кнып, когда официант принес напитки.

— Здесь скверно кормят, — заметила Марина.

— Но разве у нас есть выбор? — улыбнулся Кнып. — Запьем хорошим вином.

— Мне закажите форель в сметане, — скучающе вымолвила она.

Кнып и Ветлугин остановили свой выбор на бифштексах с жареным картофелем и свежими-овощами.

— Чем вы занимаетесь? — неожиданно напрямик спросила Марина аль-Муджахиб, цепко разглядывая Ветлугина.

— Он рекламирует идеи, — поспешил пояснить Кнып.

— Как это? — удивилась она.

— Идеи надо рекламировать, дорогая Марина, как и любые товары, — обворожительно улыбнулся Кнып. — Правда ведь, Виктор?