— Ерунда. Вы и сейчас умираете от любопытства. Держу пари, что вы смотрите на каждого прохожего и гадаете — а вдруг это он. Если не принять никаких мер, это будет продолжаться. И наверняка станет еще хуже. Давайте я скажу Баярду.

— Нет, нет, ни за что. Я не хочу, чтоб он узнал и подумал, ч!о я… что я могла бы… Знаете что: я теперь буду сжигать их не распечатывая… Мне правда пора.

— Вот именно — вы будете бросать их прямо в печку, — с холодной иронией подтвердила мисс Дженни.

Нарцисса спустилась по ступенькам, а мисс Дженни снова вышла на солнце, сняла пенсне, и оно скользнуло обратно в футляр.

— Конечно, вам виднее, но я бы на вашем месте этого ни за что не потерпела. Правда, мне уже не двадцать шесть. Ну, ладно, приезжайте, когда получите еще одно письмо или когда вам опять понадобятся цветы.

— Обязательно приеду. Спасибо за цветы.

— И сообщайте мне, что пишет Хорее. Сфава Богу, что он везет всего лишь стеклодувный аппарат, а не военную вдовушку.

— Обязательно сообщу. До свидания. — Нарцисса прошла сквозь пятнистую тень. На фоне ее гладкого белого платья четким пунктиром вырисовывалась корзинка с цветами. Она села в свой автомобиль. Верх его был откинут, она положила шляпу на сиденье, завела мотор и, еще раз оглянувшись, помахала рукой. — До свидания.

Негр, медленно шагавший по дороге, остановился, украдкой наблюдая за приближающейся машиной. Когда Нарцисса с ним поравнялась, он посмотрел ей прямо в лицо, и она поняла, что он вот-вот ее окликнет. Она дала полный газ и помчалась в город, где на холме среди виргинских можжевельников стоял кирпичный дом, в котором она жила.

Нарцисса ставила дельфиниум в матовую лимонно-желтую вазу на рояле. Тетушка Сэлли Уайэт, сидя в качалке у окна, равномерно раскачивалась, шлепая в такт ногами по полу. На подоконнике за мягко колышущимися занавесками стояла корзинка с ее рукоделием, а рядом была прислонена трость черного дерева.

— Ты провела там целых два часа и даже его не видела? — спросила она.

— Его не было дома, — отвечала Нарцисса. — Он уехал в Мемфис.

Тетушка Сэлли мерно качалась в качалке.

— Я бы на их месте велела ему оставаться там, где он был. Ни за что б не допустила, чтоб этот малый торчал в доме, будь он мне хоть трижды родня. Зачем он поехал в Мемфис? Я думала, что это его аэропланное заведение — или как оно там называется — уже закрылось.

— Может быть, он поехал по делу.

— Какие у него могут быть дела в Мемфисе? Надеюсь, у Баярда Сарториса хватило ума этому дурню никаких дел не поручать.

— Не знаю, — отвечала Нарцисса, поправляя дельфиниум. — Я думаю, он скоро вернется. Тогда вы сможете сами его спросить.