— Эдрид, дорогой, не убивайся так! — воскликнула она, подбегая и наклоняясь к мужу. — Я жива и невредима! Когда я вырвалась из капкана, то побежала было искать тебя, но услыхала шаги и спряталась. Вдруг это кто-нибудь чужой. А я в таком виде!

Фитцпирс вскочил на ноги, и не задумываясь над тем, что делает, схватил Грейс в объятия. Грейс не оттолкнула его, да, пожалуй, и не смогла бы оттолкнуть, не обладая силой амазонок. Фитцпирс прижал ее к груди, осыпая поцелуями.

— Ты жива! Ты ничего не повредила себе! Слава богу! Слава богу! — повторял он, чуть не рыдая от восторга и благодарности, что все обошлось благополучно. — Грейс, любимая жена моя! Что здесь произошло?

— Я шла к тебе, — не очень внятно отвечала полузадушенная объятиями Грейс. — Я хотела прийти точно в назначенный час. Но немножко замешкалась и не успела выйти пораньше. Поэтому я побежала и, к счастью, довольно быстро. Когда я уже проскочила дубки, меня кто-то сильно дернул сзади, послышался лязг железа, я не удержалась на ногах и упала. Я подумала, что меня сейчас убьют, и закричала от страха, и в ту же минуту поняла, что никого, кроме меня, здесь нет, а это захлопнулся капкан и схватил мою юбку. Я дергала ее, дергала, но не могла вырвать. Позвать отца? Но мне не хотелось бы, чтобы он знал пока о наших встречах. И я решила снять юбку, пойти навстречу тебе и рассказать, какая странная со мной приключилась история. Кое-как стащив с себя юбку, я вдруг услыхала чьи-то шаги. Я не была уверена, ты ли это, а предстать перед кем-нибудь чужим в таком виде мне было бы очень неприятно. И я спряталась.

— Тебя спасло только то, что ты бежала! Если бы ты шла обычным шагом, то одна твоя нога или даже обе были бы сломаны.

— Но ведь и ты мог попасть в этот ужасный капкан, — сказала Грейс, начиная понимать, какого страшного несчастья они так счастливо избежали. О, Эдрид! — воскликнула Грейс. — Чей-то добрый глаз охраняет нас сегодня. Мы должны быть благодарны судьбе.

— Ты моя, ты снова моя! — твердил Фитцпирс, прижимая крепче щеку Грейс к своей.

Грейс кротко ответила, что так, наверное, оно и есть.

— Я слышала, что ты говорил, когда думал, что со мною случилось несчастье, — продолжала она, застенчиво улыбнувшись. — И я знаю, что если человек так глубоко страдает из-за другого, то, значит, он любит. Но как это страшилище могло здесь оказаться?

— Думаю, что его поставили против браконьеров.

Потрясенный происшедшим, Фитцпирс не мог стоять на ногах и опустился без сил на землю. И только слова Грейс, что хорошо бы извлечь из железных тисков юбку (тогда никто ни о чем не узнает), заставили его подняться.