— О Говорове ты ей тоже не рассказывала?

— Конечно, нет. Никому ничего не рассказывала… Правда… однажды как-то разговорились с секретарем парткома об одной книге, и ты знаешь, Иринка, мне так захотелось ему все рассказать. — Лиза помедлила, уголки губ ее дрогнули: — Знаешь, что мне он сказал: «Простите, но мне некогда заниматься нюансами вашей души»…

— Или чиновник или бездушный человек! — воскликнула Иринка.

— Нет, почему, сестренка? — спокойно возразила Лиза. — Он вроде тебя, по-моему.

— Глупости! — вскипела Иринка.

— Он извинился тут же, что страшно занят анализом производственной программы… Вообще все считают, что он хороший секретарь парткома. Может быть…

— И все-таки, Лиза, лучше бы посоветоваться с нашей плохой матерью, чем с хорошим секретарем парткома!

Лиза подняла на Иринку глаза и словно в раздумье сказала:

— Он все равно уйдет от этой… своей жены, — Ирина уловила оттенок почти злорадства в голосе сестры. — Уйдет не из-за меня… Он не будет жить с женщиной, которую не любит и не уважает… Он — честный человек! И сделает решительный шаг раньше, чем я…

Ирина ласково обняла сестру.

— Пусть уйдет, Лиза, пусть, — сказала она. — Но только не из-за тебя!..

2

Лиза не знала, что решительный шаг был уже сделан Максимом Андреевичем.

Два дня назад Говорова неожиданно вызвали в трест. Управляющий областного торфотреста знал Говорова со дня его приезда на Соколовское предприятие. Он ценил в нем не только способного, деятельного инженера, но и человека общительного, прямого, с уважением относящегося к людям. Порасспросив Говорова о работе, управляющий сказал:

— А вам не кажется, Максим Андреевич, что вы засиделись в Соколовке?

Думая о своем, Говоров улыбнулся.

— Кажется, Александр Александрович.

— Ну, вот, и отлично! — управляющий блеснул вставленными зубами. — И я так полагаю. Вот что, дорогой Максим Андреевич, мы решили вас вытащить в трест… Будете начальником производственного отдела… устраивает? — Он посмотрел на Говорова. — Вот уж и возражать собрался! Квартира беспокоит! Есть в городе для вас квартира со всеми удобствами.

Максим Андреевич закурил, задумчиво следя за тающими струями дыма.

— Нет, не смогу принять ваше предложение, Александр Александрович. Спасибо, но не могу, — он посмотрел в недоумевающие глаза управляющего, — да вы сами откажетесь от меня, как только услышите мою причину, — продолжал Говоров.