Светлый фон

— Вы как хотите, ребята, а я бросаю курить!

Ахмет тоже подумывал об этом. А отстраненные пловцы стояли на берегу и смотрели, как их противники приходят первыми.

— Давайте разведем костер и сожжем все курево, которое мы привезли,— поддержал Алмаза Ахмет.

Ребята встретили это неожиданное предложение без особого энтузиазма. Что-то буркнули в ответ. Очередь дошла до вожатого:

— Помните, джигиты, вы с самого начала не поладили с Гульшат из-за курева. Ну, кто оказался прав? Вот теперь вы сами убедились. Ну чем лучше вас авангардовские мальчишки? И ростом вы выше, и мускулов таких, как у Альфарита, ни у кого из них нет. Силы хоть отбавляй. А легкие, сердце никуда не годятся. Да и на других курильщиков взгляните. Надо же менять свежий воздух на вонючий дым!

Вожатый еще никогда не говорил так горячо, с таким жаром и злостью. Когда и он поддержал предложение Алмаза, то сначала Альфарит, а потом и другие мальчики начали по одному присоединяться к Алмазу. На берегу сложили костер. Алмаз достал из своего чемодана и принес в подоле майки весь свой запас папирос и бросил их на груду дров.

— У меня все,— сказал он.— Кто следующий?

Альфарит с Ахметом вытрясли свои мешки. К ним присоединился и Бари. Принесли курево и из других отрядов. Гора папирос все росла и росла.

Вот бы Гульшат увидела, как они жгут папиросы! Может быть и простила бы их. Но Гульшат не было, она даже на соревнованиях не была, так обиделась. Алмаз пошел ее разыскивать.

Сафар вынес из кухни горящую головешку.

— А ну, ребята, кто подожжет?

— Пусть подожжет Альфарит. Больше всего папирос было у него.

— На, Альфарит, что было, то было, поджигай...

Прикрывая рот и нос краем платка, ругаясь, из палатки вышла Магинур.

— Что вы делаете, что за вонь на весь мир вы тут развели? — Задыхаясь от кашля, она поспешила скрыться между деревьями. Ей встретилась Гульшат.

— Ба, Гульшат, где ты пропадала? Ох и искал же тебя Гарифулла, ох и искал.

— Потом расскажу,— сказала девушка и закашлялась.— Что это еще за дым?

— Мальчишки папиросы жгут. От дыма я и убегаю.

— Папиросы?

Гульшат, не дожидаясь ответа, забыв обиду, побежала к мальчишкам.