Она помогла мне раздеться; сама она уже была раздета. Ничего удивительного, что ей приходится так много работать, понял я, она не знала той системы «дополнительных» тарифов, которые использовала Иоланта. Визгунья Анни все делала за чистые четыреста шиллингов.

— И если ты не кончишь, — сказала она мне, — это будет моя вина. Но ты кончишь, — заверила она меня.

— Пожалуйста, — сказал я ей, — если это для тебя безразлично, я хочу, чтобы ты не кончала. Я имею в виду, чтобы ты не притворялась. Я буду удовлетворен и тихим концом, — просил я, но она уже начала издавать подо мной странные звуки.

А затем я услышал звук, напугавший меня; он не был похож на визги, которые я когда-либо слышал от Визгуньи Анни, или на песню, которую исторгала медведица Сюзи у Фрэнни. В этом звуке было слишком много боли, и в какую-то ужасную секунду я подумал, что это песня, которую исторг у Фрэнни порнограф Эрнст, но затем я понял, что это мои звуки, моя немелодичная песня. Визгунья Анни начала мне подпевать, и в дрожащей тишине, последовавшей за нашим удивительным дуэтом, я четко услышал крик Фрэнни. Он был так близок, будто она стояла на лестничной площадке второго этажа.

— Да боже мой, кончай ты поскорее! — кричала Фрэнни.

— Почему ты это делаешь? — спросил я Визгунью Анни, которая лежала подо мной, тяжело дыша.

— Что делаю? — спросила она.

— Фальшивый оргазм, — сказал я. — Я же просил тебя: не надо.

— Это не фальшивый, — прошептала она, но прежде, чем я успел отреагировать на это как на комплимент, добавила: — У меня никогда не бывает фальшивых. Они все настоящие, — сказала Визгунья Анни. — Почему я, черт побери, такая надломленная, как ты думаешь? — спросила она меня.

И почему, конечно, подумал я, она так против, чтобы ее черная дочка подключилась к этому «бизнесу».

— Извини, — прошептал я.

— Надеюсь, они взорвут Оперу, — сказала Визгунья Анни. — Надеюсь, они прихватят и отель «Захер» тоже, — добавила она, — надеюсь, они сметут всю Кернтнерштрассе и Рингштрассе и всех на ней. Всех мужчин, — прошептала Визгунья Анни.

* * *

Фрэнни ждала меня на лестничной площадке второго этажа. Она выглядела не лучше, чем я. Я сел рядом с ней, и мы спросили друг друга, «все ли с нами в порядке». Ни она, ни я вразумительного ответа не услышали. Я спросил Фрэнни, что она выяснила у Эрнста, и ее передернуло. Я обнял ее одной рукой, и мы вместе прислонились к перилам. Я повторил свой вопрос.

— Думаю, я выяснила все, — прошептала она. — Что ты хочешь узнать?

— Все, — сказал я, и Фрэнни, закрыв глаза, положила голову мне на плечо, уткнулась лицом в мою шею.