В спальне было прохладно. Дэнни только сейчас сообразил, что плюхнулся в кровать, не закрыв окон. И Кэти, вернувшись, тоже не удосужилась их закрыть.

— Ну чего заторчал? — накинулась на него Кэти.

Ее голос звучал глухо, будто она говорила, уткнувшись в подушку.

— Это не наш. Наш двухлетка здесь, с нами. Ложись, придурок!

— Где он? — спросил Дэнни.

Он сел на кровати. В голове больно стучало. Дэнни обвел глазами измятую постель. Джо с ними не было.

— Совсем недавно был, — пробормотала Кэти.

Она тоже села на кровати. Ее лицо покрывал странноватый румянец. Впрочем, это не был румянец. Это были следы поцелуев с тем, у кого колючая борода. Мысль о ее поцарапанных щеках прошла параллельно крикам с улицы.

— Слушай, он там у себя верещал, ну я и принесла его к нам, — бубнила Кэти.

Дэнни выскочил в коридор. Кроватка в детской была пуста, а решетка — опущена. Рост Кэти не позволял ей перегнуться через ограждение и взять ребенка на руки. Она всегда предварительно опускала решетку.

Движение по Айова-авеню до самого поворота на Маскатайн-авеню застопорилось. Похоже, что-то случилось прямо напротив их квартиры на первом этаже. Дэнни выскочил на улицу в одних трусах.

Транспортный поток остановил водитель грязновато-белого фургона. Увидев выбежавшего парня в трусах, дядька посчитал его растяпистым родителем ребенка.

— Это твой ребенок? — заорал водитель, обращаясь к Дэнни.

Наверное, малыша напугали не только громкие крики водителя, но еще и его густые усы и такие же густые бакенбарды. Водитель стоял на бульварчике, куда он загнал Джо. Он словно боялся взять ребенка на руки или даже дотронуться до малыша. Босые ножки утопали в пыльной траве. На нем не было ничего, кроме подгузника. Двухлетний карапуз сумел выбраться из дома, спуститься с крыльца и через тротуар двинулся прямо на проезжую часть. Это чудо, что водитель белого фургона заметил его и сумел вовремя затормозить.

Из машины позади фургона выскочила женщина. Она подбежала к малышу и взяла его на руки.

— Это твой папа? — спросила она, указывая на Дэнни, босого и в спортивных трусах.

Джо начал плакать.

— Да, это мой ребенок. Я спал. Меня разбудили… крики.

Дэнни уже стоял рядом, но женщина не торопилась отдавать ему Джо. (Женщина была средних лет, в очках. На шее висело жемчужное ожерелье. Дэнни не запомнил ни ее лица, ни особенностей фигуры.)

— Ты что ж, приятель, входную дверь не запираешь? Я ведь чуть не наскочил на твоего малыша! — гремел возбужденный водитель. — Скажи спасибо подгузнику. Белый, сразу заметил и тормоз вдавил.