— По-моему, вы просто не следите за своим ребенком. Хорошенькое дело: родители спят и даже не знают, что их малыш ушел из дома! — отчитывала Дэнни женщина в очках.

— Папа, — хныкал Джо, протягивая ручонки к отцу.

— А мать у этого ребенка есть? — допытывалась женщина.

— Она спит. Мы оба спали. Мы вчера очень устали, — бормотал Дэнни.

Женщина неохотно отдала ему Джо.

— Огромное вам спасибо, — сказал Дэнни водителю белого фургона.

— Сдается мне, вы вчера хорошо гульнули, — заявил ему дядька с усами и бакенбардами. — Ты и сейчас еще не просох. Что, и жена твоя хороша?

— О вас следует заявить в полицию, — сказала ему женщина в очках.

— Вы совершенно правы. Только я очень прошу вас этого не делать, — умоляющим тоном произнес Дэнни.

Машины начали громко сигналить, и Джо опять заплакал.

— Я неба не видел. Из окна, — всхлипывал малыш.

— А зачем тебе понадобилось видеть небо? — спросил Дэнни.

К этому времени они, сопровождаемые какофонией гудков, пересекли тротуар и подошли к дому.

— Как же. Вдруг Небесная леди прилетит, а я не увижу, — продолжал всхлипывать Джо.

— Так ты высматривал Небесную леди?

— Да. И не видел. А если она меня ищет?

Айова-авеню была широкой улицей. Для двухлетнего малыша — целое путешествие. И по-своему он был прав: чтобы увидеть небо, ему действительно понадобилось выбраться на проезжую часть. Джо убежал из дома не просто так. Ребенок надеялся, что Небесная леди спустится с неба опять.

— Мама пришла, — сказал Джо, когда они вернулись в квартиру.

Малыш называл их жилище «фартирой». Едва научившись говорить, это слово он произносил только так.

— Да, сынок. Я знаю, что она вернулась.