На конец сезона охоты на медведей накладывался недолгий период охоты на оленей с применением дульного ружья[130], который продолжался с конца октября до конца первой недели ноября. Затем наступал период охоты на оленей с применением обычного оружия, длившийся до начала декабря. Но как только Кетчум убивал в округе Коос своего первого оленя (из дульного ружья), он отправлялся на север Канады. Там сезон охоты на оленей из обычного оружия заканчивался раньше.

Старому сплавщику так никогда и не удалось увлечь повара охотой на оленей. Доминик не любил ни оружие, ни вкус оленьего мяса, а хромота делала его передвижение по лесу весьма проблематичным. Но после переезда повара с сыном в Канаду и знакомства Дэнни с Шарлоттой Тернер Кетчума пригласили на ее остров. Это было первое лето совместной жизни Дэнни и Шарлотты. Тогда же на остров ездил и повар (в первый и последний раз). Словом, в августе восемьдесят четвертого на Тернер-Айленде (остров носил имя владельца) Кетчум уговорил Дэнни попробовать себя в охоте на оленей.

Доминику Бачагалупо очень не понравились деревенские условия жизни на острове в заливе Джорджиан-Бэй. Семья Шарлотты до сих пор пользовалась выносной уборной. Правда, у них было газовое освещение и пропановый холодильник, но воду они носили в ведрах из озера.

Мало того, семья Шарлотты наполнила коттедж и два примыкающих к нему спальных домика старыми кушетками, такими же неудобными кроватями, щербатыми тарелками и прочей рухлядью, свезенной сюда из Торонто. Но что хуже всего, такая жизнь считалась у «островитян» Джорджиан-Бэй вполне приемлемой, и они упорно держались за свои дурацкие традиции. Нововведения вроде электричества, горячей воды и смывных туалетов встречались в штыки и вызывали презрение.

Однако больше всего повара доконала здешняя еда. Выбор в магазинах поселка Пуант-о-Бариль был невелик; то, что здесь именовалось «свежим», вызывало у него грустную усмешку. Попадая на острова, эта еда превращалась в резину и уголь, после чего отправлялась в желудки. А «островитяне» искренне считали, что делают барбекю!

В свой первый и единственный визит на Тернер-Айленд повар держался вежливо и старался помочь на кухне, насколько это было возможно. Вернувшись в конце длинного уик-энда в Торонто, он с облегчением вздохнул, зная, что ему больше не придется мучить свою хромую ногу, ковыляя по негостеприимным скалам и выбираясь на причал в Пуант-о-Бариль.

— Стряпуну это слишком напоминает его жизнь на Извилистой. Не его это место, — так сказал Кетчум Дэнни и Шарлотте, когда повар уехал в город.