Получалось, он извинялся за своего старого друга. Но ведь и отношение Дэнни к островной жизни мало чем отличалось от отцовского. Разница состояла лишь в том, что Дэнни с Шарлоттой говорили о переменах, которые они произведут на острове. Правда, Шарлотта считалась с родителями и не могла себе позволить менять что-то раньше, чем умрет отец, а мать уже будет не в состоянии взбираться по каменистым скалам от островного причала до коттеджа.

Дэнни по-прежнему работал на старомодной пишущей машинке. У него было полдюжины электрических машинок марки «Ай-би-эм Силектрик», которые постоянно требовали ремонта. Значит, на острове должно появиться электричество. Шарлотте хотелось иметь здесь горячую воду. Она давно мечтала о таких удобствах, как уличный душ, большая ванна в доме, не говоря уже о нескольких смывных туалетах. Не повредит и электрическое отопление. Ночью даже летом здесь бывает холодно (как-никак север). И потом, у них вскоре появится ребенок, а его нельзя простужать.

Дэнни хотелось построить себе «писательскую хижину» вроде той, что была в его вермонтской «усадьбе». Шарлотта мечтала о просторной веранде с противомоскитными экранами и крытых переходах между коттеджем и спальными домиками, чтобы ходить, не боясь дождя и комаров, которые с наступлением темноты просто зверели.

Дэнни с Шарлоттой строили планы, обсуждали, как они изменят жизнь на острове. Влюбленные пары всегда строят планы. Шарлотта обожала проводить лето на Тернер-Айленде, куда ее начали возить с раннего детства. Дэнни привлекали возможности острова: выпасть из городской суеты и уединиться со своей любимой женщиной.

Ах, планы, планы, планы! Мы строим планы на будущее, словно оно окажется таким, как мы его себе нарисовали! Конечно же, влюбленная пара не захотела ждать, пока отец Шарлотты покинет этот мир, а ее мать одряхлеет настолько, что перестанет ездить на остров в заливе Джорджиан-Бэй. За два года Дэнни и Шарлотта обзавелись удобствами, о которых мечтали: электричеством, смывными туалетами и горячей водой. Появились уличный душ, большая ванна в доме, не говоря уже о просторной веранде с сетчатыми экранами. На очереди были еще несколько предложенных Кетчумом «усовершенствований». О них старый сплавщик рассказал в первое же посещение Тернер-Айленда. Это было его слово — «усовершенствование». Летом восемьдесят четвертого шестидесятисемилетний Кетчум был еще полон сил и энергии и любил строить планы.

Тем летом Кетчум привез с собой своего пса. «Замечательное животное», едва спрыгнув на причал, насторожилось и стало принюхиваться.